Дневник гимназиста XIX века. Тематическое моделирование.
Алексей Кузнецов
27 10 2021
rm(list=ls(all=T))
Устанавливаем рабочую директорию
setwd("D:/GitHub/Chemezov_diary_Topic_Modeling/")Глобальные настройки
options(stringsAsFactors = F)
Загрузка пакетов
if (!require("readtext")) install.packages("readtext")Загрузка требуемого пакета: readtextif (!require("quanteda")) install.packages("quanteda")
if (!require("udpipe")) install.packages("udpipe")Загрузка требуемого пакета: udpipeif (!require("topicmodels")) install.packages("topicmodels")
if (!require("tidyverse")) install.packages("tidyverse")Загрузка требуемого пакета: tidyverse
-- Attaching packages --------------------------------- tidyverse 1.3.1 --
v ggplot2 3.3.5 v purrr 0.3.4
v tibble 3.1.4 v dplyr 1.0.7
v tidyr 1.1.3 v stringr 1.4.0
v readr 2.0.1 v forcats 0.5.1
-- Conflicts ------------------------------------ tidyverse_conflicts() --
x dplyr::filter() masks stats::filter()
x dplyr::lag() masks stats::lag()if (!require("tidytext")) install.packages("tidytext")Загрузка требуемого пакета: tidytext#if (!require("textmineR")) install.packages("textmineR")
if (!require("reshape2")) install.packages("reshape2")Загрузка требуемого пакета: reshape2
Присоединяю пакет: ‘reshape2’
Следующий объект скрыт от ‘package:tidyr’:
smithsif (!require("ggplot2")) install.packages("ggplot2")
if (!require("ldatuning")) install.packages("ldatuning")Загрузка требуемого пакета: ldatuningЧитаем файлы
data_files <- list.files(path = "files", full.names = T, recursive = T)
extracted_texts = readtext(data_files, text_field = "texts", encoding = "UTF-8", docvarsfrom = "filenames")
extracted_texts <- extracted_texts[ , -1]
#colnames(extracted_texts) <- c("texts", "doc_id")
# Удаляем все латинские знаки
extracted_texts$text <- gsub("[A-Za-z]", "", extracted_texts$text)
Формируем корпус.
diary_corpus <- quanteda::corpus(extracted_texts$text, docnames = extracted_texts$docvar)
Аннотация корпуса
# Загрузка модели. Достаточно загрузить один раз. Сохраняется в рабочую папку.
# Далее подключаем файл из папки
# самая объемная модель syntagrus
#rusmodel <- udpipe_download_model(language = "russian-syntagrus")
#rusmodel <- udpipe_load_model(file = "russian-syntagrus-ud-2.5-191206.udpipe")
##annotated_data <- udpipe(texts(diary_corpus), rusmodel, trace = F)
#annotated_data <- udpipe(as.character(diary_corpus), rusmodel, trace = F)Сохраняем аннотированные данные, чтобы каждый раз не повторять.
#save(annotated_data,file="data/annotated_data_21_06.Rda")Загружаем аннотированные данные
load("data/annotated_data_21_06.Rda")annotated_dataСоставляем список стоп-слов
# стоп-слова из пакета quanteda
russianStopwords <- quanteda::stopwords("ru", source = "stopwords-iso")
russianStopwords [1] "c" "а" "алло"
[4] "без" "белый" "близко"
[7] "более" "больше" "большой"
[10] "будем" "будет" "будете"
[13] "будешь" "будто" "буду"
[16] "будут" "будь" "бы"
[19] "бывает" "бывь" "был"
[22] "была" "были" "было"
[25] "быть" "в" "важная"
[28] "важное" "важные" "важный"
[31] "вам" "вами" "вас"
[34] "ваш" "ваша" "ваше"
[37] "ваши" "вверх" "вдали"
[40] "вдруг" "ведь" "везде"
[43] "вернуться" "весь" "вечер"
[46] "взгляд" "взять" "вид"
[49] "видел" "видеть" "вместе"
[52] "вне" "вниз" "внизу"
[55] "во" "вода" "война"
[58] "вокруг" "вон" "вообще"
[61] "вопрос" "восемнадцатый" "восемнадцать"
[64] "восемь" "восьмой" "вот"
[67] "впрочем" "времени" "время"
[70] "все" "все еще" "всегда"
[73] "всего" "всем" "всеми"
[76] "всему" "всех" "всею"
[79] "всю" "всюду" "вся"
[82] "всё" "второй" "вы"
[85] "выйти" "г" "где"
[88] "главный" "глаз" "говорил"
[91] "говорит" "говорить" "год"
[94] "года" "году" "голова"
[97] "голос" "город" "да"
[100] "давать" "давно" "даже"
[103] "далекий" "далеко" "дальше"
[106] "даром" "дать" "два"
[109] "двадцатый" "двадцать" "две"
[112] "двенадцатый" "двенадцать" "дверь"
[115] "двух" "девятнадцатый" "девятнадцать"
[118] "девятый" "девять" "действительно"
[121] "дел" "делал" "делать"
[124] "делаю" "дело" "день"
[127] "деньги" "десятый" "десять"
[130] "для" "до" "довольно"
[133] "долго" "должен" "должно"
[136] "должный" "дом" "дорога"
[139] "друг" "другая" "другие"
[142] "других" "друго" "другое"
[145] "другой" "думать" "душа"
[148] "е" "его" "ее"
[151] "ей" "ему" "если"
[154] "есть" "еще" "ещё"
[157] "ею" "её" "ж"
[160] "ждать" "же" "жена"
[163] "женщина" "жизнь" "жить"
[166] "за" "занят" "занята"
[169] "занято" "заняты" "затем"
[172] "зато" "зачем" "здесь"
[175] "земля" "знать" "значит"
[178] "значить" "и" "иди"
[181] "идти" "из" "или"
[184] "им" "имеет" "имел"
[187] "именно" "иметь" "ими"
[190] "имя" "иногда" "их"
[193] "к" "каждая" "каждое"
[196] "каждые" "каждый" "кажется"
[199] "казаться" "как" "какая"
[202] "какой" "кем" "книга"
[205] "когда" "кого" "ком"
[208] "комната" "кому" "конец"
[211] "конечно" "которая" "которого"
[214] "которой" "которые" "который"
[217] "которых" "кроме" "кругом"
[220] "кто" "куда" "лежать"
[223] "лет" "ли" "лицо"
[226] "лишь" "лучше" "любить"
[229] "люди" "м" "маленький"
[232] "мало" "мать" "машина"
[235] "между" "меля" "менее"
[238] "меньше" "меня" "место"
[241] "миллионов" "мимо" "минута"
[244] "мир" "мира" "мне"
[247] "много" "многочисленная" "многочисленное"
[250] "многочисленные" "многочисленный" "мной"
[253] "мною" "мог" "могу"
[256] "могут" "мож" "может"
[259] "может быть" "можно" "можхо"
[262] "мои" "мой" "мор"
[265] "москва" "мочь" "моя"
[268] "моё" "мы" "на"
[271] "наверху" "над" "надо"
[274] "назад" "наиболее" "найти"
[277] "наконец" "нам" "нами"
[280] "народ" "нас" "начала"
[283] "начать" "наш" "наша"
[286] "наше" "наши" "не"
[289] "него" "недавно" "недалеко"
[292] "нее" "ней" "некоторый"
[295] "нельзя" "нем" "немного"
[298] "нему" "непрерывно" "нередко"
[301] "несколько" "нет" "нею"
[304] "неё" "ни" "нибудь"
[307] "ниже" "низко" "никакой"
[310] "никогда" "никто" "никуда"
[313] "ним" "ними" "них"
[316] "ничего" "ничто" "но"
[319] "новый" "нога" "ночь"
[322] "ну" "нужно" "нужный"
[325] "нх" "о" "об"
[328] "оба" "обычно" "один"
[331] "одиннадцатый" "одиннадцать" "однажды"
[334] "однако" "одного" "одной"
[337] "оказаться" "окно" "около"
[340] "он" "она" "они"
[343] "оно" "опять" "особенно"
[346] "остаться" "от" "ответить"
[349] "отец" "откуда" "отовсюду"
[352] "отсюда" "очень" "первый"
[355] "перед" "писать" "плечо"
[358] "по" "под" "подойди"
[361] "подумать" "пожалуйста" "позже"
[364] "пойти" "пока" "пол"
[367] "получить" "помнить" "понимать"
[370] "понять" "пор" "пора"
[373] "после" "последний" "посмотреть"
[376] "посреди" "потом" "потому"
[379] "почему" "почти" "правда"
[382] "прекрасно" "при" "про"
[385] "просто" "против" "процентов"
[388] "путь" "пятнадцатый" "пятнадцать"
[391] "пятый" "пять" "работа"
[394] "работать" "раз" "разве"
[397] "рано" "раньше" "ребенок"
[400] "решить" "россия" "рука"
[403] "русский" "ряд" "рядом"
[406] "с" "с кем" "сам"
[409] "сама" "сами" "самим"
[412] "самими" "самих" "само"
[415] "самого" "самой" "самом"
[418] "самому" "саму" "самый"
[421] "свет" "свое" "своего"
[424] "своей" "свои" "своих"
[427] "свой" "свою" "сделать"
[430] "сеаой" "себе" "себя"
[433] "сегодня" "седьмой" "сейчас"
[436] "семнадцатый" "семнадцать" "семь"
[439] "сидеть" "сила" "сих"
[442] "сказал" "сказала" "сказать"
[445] "сколько" "слишком" "слово"
[448] "случай" "смотреть" "сначала"
[451] "снова" "со" "собой"
[454] "собою" "советский" "совсем"
[457] "спасибо" "спросить" "сразу"
[460] "стал" "старый" "стать"
[463] "стол" "сторона" "стоять"
[466] "страна" "суть" "считать"
[469] "т" "та" "так"
[472] "такая" "также" "таки"
[475] "такие" "такое" "такой"
[478] "там" "твои" "твой"
[481] "твоя" "твоё" "те"
[484] "тебе" "тебя" "тем"
[487] "теми" "теперь" "тех"
[490] "то" "тобой" "тобою"
[493] "товарищ" "тогда" "того"
[496] "тоже" "только" "том"
[499] "тому" "тот" "тою"
[502] "третий" "три" "тринадцатый"
[505] "тринадцать" "ту" "туда"
[508] "тут" "ты" "тысяч"
[511] "у" "увидеть" "уж"
[514] "уже" "улица" "уметь"
[517] "утро" "хороший" "хорошо"
[520] "хотел бы" "хотеть" "хоть"
[523] "хотя" "хочешь" "час"
[526] "часто" "часть" "чаще"
[529] "чего" "человек" "чем"
[532] "чему" "через" "четвертый"
[535] "четыре" "четырнадцатый" "четырнадцать"
[538] "что" "чтоб" "чтобы"
[541] "чуть" "шестнадцатый" "шестнадцать"
[544] "шестой" "шесть" "эта"
[547] "эти" "этим" "этими"
[550] "этих" "это" "этого"
[553] "этой" "этом" "этому"
[556] "этот" "эту" "я"
[559] "являюсь" # здесь записываем дополнительные стоп-слова из источника в виде вектора
customStopWords <- c("октябрь", "сентябрь", "ноябрь", "декабрь", "январь", "февраль", "март", "апрель", "май", "июнь", "август", "понедельник", "вторник", "среда", "четверг", "пятница", "суббота", "воскресенье", "ом", "дебор", "рибо", "право")
# объединяем два набора
MyStopwords <- c(russianStopwords, customStopWords)Удаляем стоп слова, приводим все буквы к нижнему регистру.
annotated_text <- annotated_data %>%
mutate(lemma = str_to_lower(lemma)) %>%
filter(upos %in% c("NOUN", "VERB", "ADV", "ADJ", "PROPN"),
!lemma %in% MyStopwords)
Формируем DTM. Оставляем существительные и прилагательные. Удаляем редкие слова, встречающиеся менее 4 раз.
annotated_text %>%
filter(upos %in% c("NOUN", "ADJ")) %>%
count(doc_id, lemma) %>%
cast_dfm(doc_id, lemma, n)%>%
dfm_trim(min_termfreq = 4) -> dfm
Конвертируем матрицу в формат “topicmodels”
dtm_lda <- convert(dfm, to = "topicmodels")
Определяем оптимальное количество тем
Подходов к определению оптимального количества тем много. Единого мнения не существует. Предлагаем ориентироваться на результат получаемый с помощью пакета ldatuning, вычисляющему оптимальное значение сразу по 4 метрикам.
Rajkumar Arun, V. Suresh, C. E. Veni Madhavan, and M. N. Narasimha Murthy. 2010. On finding the natural number of topics with latent dirichlet allocation: Some observations. In Advances in knowledge discovery and data mining, Mohammed J. Zaki, Jeffrey Xu Yu, Balaraman Ravindran and Vikram Pudi (eds.). Springer Berlin Heidelberg, 391–402. http://doi.org/10.1007/978-3-642-13657-3_43
Cao Juan, Xia Tian, Li Jintao, Zhang Yongdong, and Tang Sheng. 2009. A density-based method for adaptive lda model selection. Neurocomputing — 16th European Symposium on Artificial Neural Networks 2008 72, 7–9: 1775–1781. http://doi.org/10.1016/j.neucom.2008.06.011
Romain Deveaud, Éric SanJuan, and Patrice Bellot. 2014. Accurate and effective latent concept modeling for ad hoc information retrieval. Document numérique 17, 1: 61–84. http://doi.org/10.3166/dn.17.1.61-84
Thomas L. Griffiths and Mark Steyvers. 2004. Finding scientific topics. Proceedings of the National Academy of Sciences 101, suppl 1: 5228–5235. http://doi.org/10.1073/pnas.0307752101
library(ldatuning)
max_nb_topics <- 20
result <- FindTopicsNumber(
dtm_lda,
topics = seq(from = 2, to = max_nb_topics, by = 1),
metrics = c("Griffiths2004", "CaoJuan2009", "Arun2010", "Deveaud2014"),
method = "Gibbs",
#control = list(seed = as.integer(Sys.time())),
control = list(seed = 7654321),
mc.cores = 2,
return_models = TRUE,
verbose = FALSE
)# Plot result
FindTopicsNumber_plot(result)
knitr::include_graphics("ldatuning_6k.jpeg", dpi = 72)
На графике два возможных варианта. k = 6 или k = 10. При 10 распеделение слов и тем неудачное, плохо интерпретируемое. Оптимально k = 6.
Тренируем модель, k = 6.
control_LDA_Gibbs <- list(alpha = 0.03,
#beta = 0.5,
estimate.beta = TRUE,
verbose = 0,
prefix = tempfile(),
save = 0,
keep = 0,
seed = as.integer(7654321),
nstart = 1,
best = TRUE,
delta = 0.1,
iter = 7000,
burnin = 1000,
thin = 2000)
#set.seed(7654321)
LDAmodel <- LDA(dtm_lda, k = 6, method = "Gibbs", control = control_LDA_Gibbs)#save(LDAmodel, file = "LDAmodel_6k_23.06.2021.Rda")#load("LDAmodel_6k_23.06.2021.Rda")Распределение слов по темам
as.data.frame(terms(LDAmodel, 10))lda_td <- tidy(LDAmodel, matrix = "beta")
top_terms <- lda_td %>%
group_by(topic) %>%
top_n(7, beta) %>%
ungroup() %>%
arrange(topic, -beta)
#top_terms$topic <- gsub("1", "01 Название первой темы", top_terms$topic)
#top_terms$topic <- gsub("2", "02 Название второй темы", top_terms$topic)
#и так далее
#top_terms$topic <- gsub("5", "05 Название пятойй темы", top_terms$topic)
top_terms %>%
mutate(topic = factor(topic),
term = reorder_within(term, beta, topic)) %>%
#mutate(topic = paste0("Тема ", topic),
#term = reorder_within(term, beta, topic)) %>%
ggplot(aes(term, beta, fill = topic)) +
geom_bar(alpha = 0.8, stat = "identity", show.legend = FALSE) +
scale_x_reordered() +
facet_wrap(~ topic, scales = "free", ncol = 3) +
coord_flip() +
labs(x = NULL, y = expression(beta),
title = "Распределение слов по темам. Наиболее значимые слова")
Распределение тем по тексту дневника.
Разные варианты визуализации.
tidy(LDAmodel, "gamma") %>%
mutate(topic = as.factor(topic)) %>%
ggplot(aes(x=document, y=gamma)) +
geom_col(aes(fill=factor(topic))) +
theme(axis.text.x = element_text(angle=90)) +
labs(title = "Распределение тем по тексту дневника")
knitr::include_graphics("all_diary_6k.jpeg", dpi = 72)
doc_gamma <- tidy(LDAmodel, matrix = "gamma")
doc_gammadoc_gamma.df <- data.frame(doc_gamma)#doc_gamma.df <- doc_gamma %>% filter(topic == 6)ggplot(data = doc_gamma.df, aes(x = document, y = gamma, group = factor(topic), color = factor(topic)))+
geom_area(alpha = 0.2)+
facet_wrap(~factor(topic), ncol = 1)+
theme(axis.text.x = element_text(angle=90))
в виде гистограмм
ggplot(data = doc_gamma.df, aes(x = document, y = gamma, group = factor(topic), color = factor(topic)))+
geom_col(alpha = 0.3)+
facet_wrap(~factor(topic), ncol = 1)+
theme(axis.text.x = element_text(angle=90))+
geom_smooth(colour = "magenta", method = "auto", se = FALSE, linetype = 1, size = 1, alpha = 0.9)`geom_smooth()` using method = 'loess' and formula 'y ~ x'
knitr::include_graphics("6_tem_bar.jpeg", dpi = 72)
knitr::include_graphics("6_tem_smooth.jpeg", dpi = 72)
ggplot(data = doc_gamma.df, aes(x = document, y = gamma, group = factor(topic), color = factor(topic)))+
geom_line()+
facet_wrap(~factor(topic), ncol = 1)+
theme(axis.text.x = element_text(angle=90))
knitr::include_graphics("6_tem.jpeg", dpi = 72)
Сглаженная линия
ggplot(data = doc_gamma.df, aes(x = document, y = gamma, group = factor(topic), color = factor(topic)))+
geom_smooth(se = FALSE)+
facet_wrap(~factor(topic), ncol = 1)+
theme(axis.text.x = element_text(angle=90))`geom_smooth()` using method = 'loess' and formula 'y ~ x'
knitr::include_graphics("geom_smooth_6.jpeg", dpi = 72)
tmResult <- topicmodels::posterior(LDAmodel)
beta <- tmResult$terms
theta <- tmResult$topics
Ранжирование тем в дневнике, т.е. насколько каждая тема преобладает во всем дневнике
https://tm4ss.github.io/docs/Tutorial_6_Topic_Models.html
# What are the most probable topics in the entire collection?
topicProportions <- colSums(theta) / nrow(dfm) # mean probablities over all paragraphs
topicNames <- apply(terms(LDAmodel, 5), 2, paste, collapse = " ")
names(topicProportions) <- topicNames # assign the topic names we created before
topics_rank <- sort(topicProportions, decreasing = TRUE) # show summed proportions in decreased order
as.data.frame(topics_rank)Расчет сколько раз тема преобладает в отдельном документе (дневниковой записи)
countsOfPrimaryTopics <- rep(0, 6)
names(countsOfPrimaryTopics) <- topicNames
for (i in 1:nrow(dfm)) {
topicsPerDoc <- theta[i, ] # select topic distribution for document i
# get first element position from ordered list
primaryTopic <- order(topicsPerDoc, decreasing = TRUE)[1]
countsOfPrimaryTopics[primaryTopic] <- countsOfPrimaryTopics[primaryTopic] + 1
}
topics_main <- sort(countsOfPrimaryTopics, decreasing = TRUE)
as.data.frame(topics_main)Подробная визуализация отдельных частей дневника
Учебный год (разбит на две части для удобства)
Номера документов: 1-17
Даты: 1860-09-21 - 1860-10-18
topicNames <- apply(terms(LDAmodel, 3), 2, paste, collapse = " ")
exampleIds <- c(1:17)
N <- length(exampleIds)
doc_name <- extracted_texts$docvar1[1:17]
topicProportionExamples <- theta[exampleIds,]
colnames(topicProportionExamples) <- topicNames
vizDataFrame <- melt(cbind(data.frame(topicProportionExamples), document = factor(doc_name)), variable.name = "topic", id.vars = "document")
ggplot(data = vizDataFrame, aes(topic, value, fill = document), ylab = "proportion") +
geom_bar(stat="identity") +
theme(axis.text.x = element_text(angle = 90, hjust = 1)) +
coord_flip() +
facet_wrap(~ document, ncol = N)
Документы: 18-34 Даты: 1860-10-19 - 1861-05-26
exampleIds <- c(18:34)
N <- length(exampleIds)
doc_name <- extracted_texts$docvar1[18:34]
topicProportionExamples <- theta[exampleIds,]
colnames(topicProportionExamples) <- topicNames
vizDataFrame <- melt(cbind(data.frame(topicProportionExamples), document = factor(doc_name)), variable.name = "topic", id.vars = "document")
ggplot(data = vizDataFrame, aes(topic, value, fill = document), ylab = "proportion") +
geom_bar(stat="identity") +
theme(axis.text.x = element_text(angle = 90, hjust = 1)) +
coord_flip() +
facet_wrap(~ document, ncol = N)
Лето, каникулы
Документы: 35-58
Даты: 1861-05-29 - 1861-08-30
exampleIds <- c(35:58)
N <- length(exampleIds)
doc_name <- extracted_texts$docvar1[35:58]
topicProportionExamples <- theta[exampleIds,]
colnames(topicProportionExamples) <- topicNames
vizDataFrame <- melt(cbind(data.frame(topicProportionExamples), document = factor(doc_name)), variable.name = "topic", id.vars = "document")
ggplot(data = vizDataFrame, aes(topic, value, fill = document), ylab = "proportion") +
geom_bar(stat="identity") +
theme(axis.text.x = element_text(angle = 90, hjust = 1)) +
coord_flip() +
facet_wrap(~ document, ncol = N)
Второй учебный год, студенческие волнения, до конца года условно
Документы: 59-82
Даты: 1861-09-02 - 1861-12-31
exampleIds <- c(59:82)
N <- length(exampleIds)
doc_name <- extracted_texts$docvar1[59:82]
topicProportionExamples <- theta[exampleIds,]
colnames(topicProportionExamples) <- topicNames
vizDataFrame <- melt(cbind(data.frame(topicProportionExamples), document = factor(doc_name)), variable.name = "topic", id.vars = "document")
ggplot(data = vizDataFrame, aes(topic, value, fill = document), ylab = "proportion") +
geom_bar(stat="identity") +
theme(axis.text.x = element_text(angle = 90, hjust = 1)) +
coord_flip() +
facet_wrap(~ document, ncol = N)
Окончание гимназии, экзамены в Академию
Документы: 83-107
Даты: 1862-01-01 - 1862-11-08
exampleIds <- c(83:107)
N <- length(exampleIds)
doc_name <- extracted_texts$docvar1[83:107]
topicProportionExamples <- theta[exampleIds,]
colnames(topicProportionExamples) <- topicNames
vizDataFrame <- melt(cbind(data.frame(topicProportionExamples), document = factor(doc_name)), variable.name = "topic", id.vars = "document")
ggplot(data = vizDataFrame, aes(topic, value, fill = document), ylab = "proportion") +
geom_bar(stat="identity") +
theme(axis.text.x = element_text(angle = 90, hjust = 1)) +
coord_flip() +
facet_wrap(~ document, ncol = N)
Последующие годы
Документы: 108-123
Даты: 1863-07-04 - 1878-01-01
exampleIds <- c(108:123)
N <- length(exampleIds)
doc_name <- extracted_texts$docvar1[c(108:123)]
topicProportionExamples <- theta[exampleIds,]
colnames(topicProportionExamples) <- topicNames
vizDataFrame <- melt(cbind(data.frame(topicProportionExamples), document = factor(doc_name)), variable.name = "topic", id.vars = "document")
ggplot(data = vizDataFrame, aes(topic, value, fill = document), ylab = "proportion") +
geom_bar(stat="identity") +
theme(axis.text.x = element_text(angle = 90, hjust = 1)) +
coord_flip() +
facet_wrap(~ document, ncol = N)
У нас имеются документы в которых преобладает одна из тем. По ним можно попытаться определить сожержание этой темы.
Выявляем документы с доминирующими темами (более 82%)
doc_gamma_max <- doc_gamma %>% filter(gamma >= 0.82)
doc_gamma_maxОбразцы документов с преобладающими темами
6 тем
exampleIds <- c(37, 39, 42, 49, 52, 53, 66, 68, 76, 81, 82, 84, 31, 72, 79, 86, 95, 11, 18, 19, 22, 88, 92, 94, 100, 104, 108, 116, 118, 119, 120, 121, 3, 5, 9, 20)
N <- length(exampleIds)
doc_name <- extracted_texts$docvar1[c(37, 39, 42, 49, 52, 53, 66, 68, 76, 81, 82, 84, 31, 72, 79, 86, 95, 11, 18, 19, 22, 88, 92, 94, 100, 104, 108, 116, 118, 119, 120, 121, 3, 5, 9, 20)]
topicProportionExamples <- theta[exampleIds,]
colnames(topicProportionExamples) <- topicNames
vizDataFrame <- melt(cbind(data.frame(topicProportionExamples), document = factor(doc_name)), variable.name = "topic", id.vars = "document")
ggplot(data = vizDataFrame, aes(topic, value, fill = document), ylab = "proportion") +
geom_bar(stat="identity") +
theme(axis.text.x = element_text(angle = 90, hjust = 1)) +
coord_flip() +
facet_wrap(~ document, ncol = N)
Примеры документов с преобладающими темами
Тема 1. мама рыба папа снег погода
Летний отдых, рыбалка, поездки, описания погоды
4 июня. Воскресенье. Вчера мы решились с Кириллой отправиться на рыбную ловлю в 2 часа ночи. Сначала я хотел не спать совсем, но Кирилла пошел поливать палисадник и я нехотя задремал и уснул. Было уже 12 часов. Я совершенно не слышал как пришел Кирилла, как он лег и уснул также крепко как и я. В 2 ½ часа я проснулся, вскочил и увидел который час, разбудил Кирилла и мы взяв удочки, отправились на Николаевский пруд. Сначала начали ловить возле большой обойной фабрики. Там мне удалось вытащить одного окуня. Все тем и кончился клев. Сколько я не стоял, поплавок даже и не шевельнулся. Кирилла не поймал ни одного. Мы перешли на крытый плот для мытья белья. Тут опустили окуня в лужу, образовавшуюся на дне этого плота от накопившейся воды. Кирилла здесь поймал большую плотву. Так как мы стояли довольно долго, а рыба все не клевала, то нам надоело наконец стоять по пустому и мы решились идти к Иордани. Надо было поймать окуня, который свободно ходил в огромной луже и, несмотря на все наши старания н попадал в руки. Наконец я с сачком в руке побежал смотреть удочки. Глядь, а моя-то удочка плывет по воде и видно, что какая сильная и большая рыба быстро тащит ее поперек течения к противуположному берегу. Я старался достать удилище качкой, но все было тщетно и я еще дальше оттолкнул его от плота. Кирилло сначала хотел плыть за удочкой и догнать, но потом раздумал, и побежал доставать у кого нибудь лодку. А рыба между тем вместе с удилищем быстро шла вперед и уже далеко была от плота. Кирилло нагнал удочку уже в то время когда они были в одной сажени от берега, противуположного плоту. Он схватил удилище в руку, но не тут то было, рыба видно не дура, она бросилась в траву и быстро там перевернулась. Английский волос лопнул пополам и Кирилла возвратился назад с одним удилищем и лесой без крючка. Видно была порядочная рыба, что имела силу стащить удочку в воду. Тогда мы пошли к Иордани и, никого там не поймав, воротились домой в начале осьмого часа. Я лег спать и проспал до 12 часов.
10 июня. Суббота. В Петербурге. 6 Июня во Вторник на второй машине я воротился из Царского села. С самого утра была пасмурная погода. Несмотря на это я отправился во дворцовый свд, чтобы нарвать сирени. Все прошло благополучно и я возвратился домой с большим букетом сирени. Со мной вместе поехала Варавара Васильевна жена здешнего купца 3й гильдии по фамилии Цуцанова. Домой в Петербурге я пришел в первом часу, когда самовар был еще на столе и с удовольствием напился своего домашнего кофию. Был потом у Рибо. Взял ножик перочиннный, оставленный мною у Альшевского. К папашеньке приехал из Костино Иванов Василий Иванович. С ним вчера в пятом часу вечера мы ходили ловить рыбу на баржу Громова. Сначала я ловил с бревен, накиданных в воду и связанных между собою цепями, но так как тут не клевало, то я перешел в лодку и здесь было то же самое. Тогда я пришел к папашеньке на пароход и тут поймал я один штук 10. Всех рыб было 46. Из них было сегодня сделано жаркое с горчицей и уксусом. Иванов ночевал у нас 2 ночи и сегодня уехал в Колпино. На днях мы получили письмо из Грузино. Котя пишет, что он научился гресть веслом и с утра до ночи катается по прудам в саду, завет меня туда. Давно бы уж я был там, да нельзя. Квартира в Царском селе не отдана и если не отдастся так мы и совсем не поедем в Грузино. А мне бы очень хотелось и мамашеньке тоже. Завтра Троица, а я остался дома и не пошел на всенощную. Ячмень сел мне на глаз. Сегодня мы ждем Котю. Он хотел приехать сюда к Троице, если мы не приедем в Грузино. На машине в 3 ½ часе поехал в Царское папашенька. Если б он отдал квартиру, как бы я был рад. Может быть тогда б поехали в Грузино. А как бы мне хотелось. То то бы загулял и от Леонтьевых был бы далеко.
13 июня. Вторник. Утром сегодня пришел нанимать квартиру Модзелевский. Он у нас учил словесности, а теперь поступил в Смольное учителем. Он нанял квартиру за 25 р. сер[ебром] в месяц и дал задатку 5 р. На второй машине приехал из Царского села папашенька. Привез послания дяденьки Михайло Ивановича мамашеньке, Каташеньке, Маше и Соне, состоящие из старых изношенных ридикулей и изломанной бронзовой булавки. Это все вещи, оставшиеся после Дарьи Николаевны. Вместе с тем папашенька объявил, что мы можем ехать в Грузино потому, что он отдал в Царском селе квартиру за 30 р. Эйхвальду, профессору Медико-Хирургической Академии. Это очень хорошо. Я старался забыть Грузино, а вот теперь ничего, можно вспомнить. Если б я выздоровел к Четвергу то, когда акт будет. То-то бы я рад был. Папашенька в Царском селе ловил рыбу и в два раза поймал восемь штук больших рыб. В Троицу он обедал у Леонтьевой. Сегодня хотел ехать на двухчасовой машине, но когда услышал, что к ним, к обеду хотела быть Марья Павловна, с Настасьей Петровной конечно, то поторопился и приехал на второй машине в четверть двенадцатого часа. Сегодня весь день пасмурный. Тучи заволокли небо так густо, что солнышко никуда не может проникнуть. В воздухе холодно, но как видно не ветрено потому, что деревья стоят ровно и ни один их лист не шелохнется. Реомюр показывает всего только 10° тепла. Вот то июньские жары. Сейчас пришла сюда кружевница старушка. Мамашенька говорит, что мы поедем в Грузино раньше Иванова дня, т.е.24 июня. Должно быть также как и прошедший год 8 июля. Мамашенька говорит, что я и не думал 15 июля ездить к Леонтьевым. «Нечего, мол, денег то тратить» Это в некоторой степени худо потому что я им обещался приехать к имянинам Володиньки. А мне бы хотелось сдержать свое слово тем более, что они бы может быть мне подарили что нибудь. Прошедший то год я ничего не получил единственно потому, что не ездил к ним.
22 июня. Четверг. Во вторник вечером я отправился занести переплетчика книги. Возвращаюсь оттуда домой и вижу, что Катерина вытирает чьи-то галоши. Она мне объявила, что из Грузино приехали Маша, Каташенька и Котя без детей, чему я был очень рад. Я поспешил поздороваться. Котя еще не пришел потому, что он заносил часы к Ореховскому в починку. Я пошел к нему навстречу, но встретился уже у самого дома. Мы просидели с ним до 3 часов ночи, пересказывая все события, происходившие с нами в отсутствии друг друга. Вчера утром Маша с Каташенькой пошли в Гостиный двор, а оттуда Маше надо было ехать в Максимилиановскую лечебницу, к Козлевскому. Не много спустя времени после низ и я пошел к Вильфу, в Гостиный двор, чтобы взять от него журнал, переданный нам Филатьевой, [нрзб] и вместе с тем купить себе Саллюстия с замечаниями. Прихожу к Вильфу, взял [нрзб] и спрашиваю насчет Саллюстия. Мне сказали, что нету. Я пошел в бумажные лавки под думу, чтоб купить желтой бумаги. Там купил себе брусик небольшой для того, чтобы точить мой перочинный ножик. Идя оттуда я заходил в несколько книжных лавок. Нигде нет Саллюстия; если есть так без замечаний. Я пошел к Глазунову и там на силу то купил его сочинения Московского издания Якова Смирнова. Довольно дешево купил за 1 р. сер. Тогда, как Лебядинский предлагал нам таким образом, что за книгу то нужно заплатить 1 р.с. да еще сверх того за пересылку. Я был чрезвычайно рад, что приобрел такую книгу. Воротясь домой я застал дяденьку Николая Александровича. Мы так и отобедали без Каташеньки и Маши. Сегодня утром я встал в 8 ½ часов. У нас теперь Всеволожская и архитектор Забек. Вечер того же дня. В втором часу приехала к нам Настасья Петровна. Я со страху бросился за драпри в спальне и забился под стул между постелью и другим стулом. Она ходила смотреть материалы, купленные папашенькой для постройки служб. Она не долго посидела; вскоре и убрала. Мы отобедали и я от нечего делать залег спать. Каташенька и Маша начали собираться, чтобы ухать в Павловск. В V часов они пошли пешком на машину. Я сквозь лень простился с ними, но потом уже не мог заснуть и встал. Ужасная скука, когда нечего делать или лучше лень делать потому, что у меня дела то много, да я сам ленюсь. Завтра хочу идти в Гостиный двор с мамашенькой, чтоб купить фуражки себе и Коте. Благо завелись деньги, так и держу их. Небо что-то все серое. Не пошел бы дождик ночью-то.
23 июня. Пятница. Я встал сегодня в 8 ¼ часов. Весь день сидел дома, смотрел как плотники рубят бревна, землекопы роют. Потом мамашенька пошли на Царскосельскую машину встречать Каташеньку с Машей. Мамашенька с Каташенькой пошли в Гостиный двор, а Маша воротилась. Вечером я ходил покупать для Маши ноты [нрзб, 4 слова, возм. на немецком]. Завтра Папашенька имянинник. ______
26 июля. Среда. Вчера после завтрака я отправился ловить рыбу. Долго стояли мы на ванне и ничего не поймали. Вскоре пошел дождик и мы, желая от него скрыться, вошли в ванну. Тут Кронит Иванович прочел наизусть Полтаву Пушкина. По окончании дождика мы выкупались. Танцовали в воде tramblent, играли в пятнашки. Я уже начинаю немного плавать. Потом мы пошли на плот, куда пристает пароход. Там рыба тоже нисколько не клевала. Мы уже наскучились и под конец решились попробовать половить с барок. Котя лег в копне сена, а мы закинули удочки. Рыба начала безпрестанно браться. Только таскай и все густера большая. В короткое время у меня на веревке очутилось 50 штук. Вдруг у меня повело поплавок. Я весь впился в него глазами. Начало немножко его подергивать и вдруг он исчез под водою. Я подсек. Что-то тяжелое тащилось на крючке. Я все продолжал выше и выше поднимать удочку. Из воды показалась голова большой рыбы. Я осторожно вытащил его на барку, где Костя снял с крючка и насадил на веревку. Это был язь в ¾ фунта. Первый раз в жизни я поймал такую рыбу. Вчера приезжал к нам дяденька Петр Николаевич. Сегодня все идет.
10 августа. Четверг. Петербург. Вчера я приехал в Петербург. Вчера я встал в 8 часов утра. Погода была превосходная. Я простился со всеми и сопровождаемый ими отправился на пароход. Долго мы ждали его. Наконец увидели и пошли на плот.
Тема 2. студент университет академия попечитель
Студенческие волнения
29 сентября. Пятница. Я всю эту неделю не ходил в гимназию потому, что на большом пальце левой ноги нарыв. Теперь расскажу что-нибудь об Университете. Болван Путятин тотчас при своем вступлении отменил сходки, уничтожил библиотеку, да еще вздумал выдавать студентам какие-то мадригулы, вроде формулярных списков. В Субботу, услышав такие новости студенты пошли в торжественную залу для сходки. Надо еще сказать, что прежде этого они написали адрес Университетскому начальству, в котором просили объяснить какие сходки запрещены и этот адрес отдали проректору Срезневскому, подлецу первой руки. Он не счел за нужное исполнить просьбу студентов, а преспокойно подтерся этим адресом, чтоб не тратить другой бумаги. Теперь на сходке студенты и предложили ему вопрос, почему он не отдал адреса. Застигнутый врасплох Срезневский, как профессор словенции, начал вилять из стороны в сторону, ничего положительного не говоря, так что его наконец выгнали вон из зала. Тут они решили взять мадригулы, но потом сжечь их. В Понедельник Котя пошел в Университет. Идет по дороге и видит, что многие студенты идут назад. Это его удивило. Подходит к двери. Она заперта, а сверху прибито объявление, в котором говорится, что Университет на некоторое время закрыт. Вот тебе бабушка и Юрьев день! Так как тут было еще несколько человек, то решили, чтобы они отправились по дороге сзывая всех встречавшихся студентов на сходку, при Университете к XI часам. Котя, видя разъяренные физиономии, счел за лучшее воротиться домой, чтоб не быть замешанному в какое-нибудь неприятное дело. Когда перед Университетскими дверями собралось достаточно студентов, то они решили идти к Филиппсону и просить об объяснении. Придя к его дому (где-то во Владимирской) они послали депутатов. Им говорят, что попечителя дома нет. Посылают второй раз. То же. Третий раз. Тоже. Наконец студенты вышли из терпенья и начали кричать, стучать, свистать, вызывая этого подлеца, каким он вскоре оказался. Видя, что толпа не успокаивается, но все более и более шумит, Филиппсон принужден был выйти и объявить, что он со всей толпой говорить не может, а пусть депутатов трех выберут, с ними он согласен разговаривать. Студенты кричат, что он их посадит в крепость. Благородный генерал-адъютант дает также же благородное, честное слово, что он этого не сделает с депутатами. Студенты, полагаясь на слово своего попечителя, выбрали Прахова, Стефановича и еще кого-то — немца. Филиппсон с ними переговорил и студенты пошли назад. Еще прежде этого, увидя что дом Филиппсона окружен студентами, прискакал Паткуль с конвоем жандармов и окружил всю толпу. Студенты видя, что им дорога загорожена, принялись колотить Паткуля так, что тот принужден был дозволить им свободный проход. От попечителя они отпра0вились в Университет на сходку а там уж не знаю, что решили. Около Университета с ними встретился Михаил Николаевич, который остановился, вышел из коляски, переждал их и потом поехал. Надо заметить, что студентов было очень много, около 1500. Мама говорит, что когда они ехали к Шеламовым, то весь Адмиралтейский бульвар, Троицкий мост и набережная до университета, были наводнены студентами. Несмотря на свою многочисленность, они шли очень тихо и благопристойно. Этим кончился Понедельник. В ночь на Вторник, именно в 3 часа, когда уже все должны спать, являются в наш дом частный пристав, надзиратель и семь городовых, которые спрашивают дворника есть ли в этом доме студенты? Он говорит есть. Стефанович тут? Тут. Тогда пристав, расставив всех городовых по лестнице, чтобы бывший депутат не мог убежать, сам с надзирателем отправился к Модзалевскому, разбудили всех там и объявили, что им приказано взять Стефановича под арест. Тот пошел умываться, с ним двое городовых. Никуда одного не отпускали. Все его книги, бумаги сложили в чемодан, запечатали тремя печатями и на извозчике отправили в часть. Самому ему не позволили взять с собой ни карандаша, ни бумажки, ни часов — одни только деньги. Итак Стефанович был отведен в часть. В то же ночь захватили Прахова и другого депутата. Всех их отправили в крепость, где они находятся до сих пор. Все это было сделано по прошению Филипсона. Вот как в наше время генерал-адъютанты держат свое честное слово. Во Вторник или в Середу, не помню хорошенько, все студенты сделали сходку на дворе Университета. Сюда же прискакали кавалергарды, пришел Литовский полк, артиллерия. Жандармы окружили студентов. Прибавьте еще к этому множество народа, офицеров, медицинских студентов. Впрочем никого из них не допускали во двор Университета, а если кто не слушался, так хватали и отправляли на гауптвахту. Паткуль, видя, что студенты уже много затолповались, попросил их разойтись. Он взял с них честное слово, что они не будут шуметь, с своей стороны он обещал не употреблять насилия. И он и студенты сдержали свое слово. Вообще Паткуль во всех своих действиях является очень благородным человеком. И то отрадно, что хоть дин есть человек, на слово которого можно полагаться без опасения. В четверг т.е. вчера назначена была сходка в академии Медицинской конечно, а не Духовной или какой-нибудь другой. Я ошибся, это было в середу. Вся академия была оценена войсками с заряженными ружьями. Паткуль просил студентов разойтись, но они дали ему слово, что через полчаса разойдутся и обер-полицмейстер остался спокоен. Про прошествии получаса он видит, что студенты ни расходятся и хочет подать знак войскам, но в это самое время из толпы выскакивает Университетский профессор Воскресенский в мундире, со шляпой треугольной в руке. Он подходит к губернатору Игнатьеву и говорит, что не допустить употреблять насилия против студентов. Этим он спас студентов от столкновения с полицией. Старп, студент, бывший в толпе увидев, увидев такую рысь в Воскресенском во все горло, что было мочи закричал: Воскресенский, ура!!! Это восклицание подхватили в толе и оно раздалось по все академии, услышав крики, подхватили их и в свою очередь затянули: Ура, Воскресенский!!!. В этот День также, как во Вторник, хватали всех, кто шел в залу, где находились студенты Университета. Таким образом были захвачены офицер и один медицинский студент, которых под конвоем из двух офицеров и солдат вели на гауптвахту. Студенты Университета увидев это, закричали ура! Бросились, сбили с ног офицеров и солдат, освободили офицера и студента, посадили в карету и таким образом спасли от ареста. В Четверг след. Вчера была опять сходка в академии. Надо заметить, что Инспектор академии очень умный и благородный человек. Он просил, чтобы студенты Университета не входили все в академию, а послали только несколько депутатов, потому что в противном случае он должен будет употребить полицейскую силу. Так и было сделано. Студенты послали от себя депутатов и там по соглашению со студентами академии было положено: не сопротивляться полиции, чтоб не показать вид бунта и отправить адрес императору, когда Он сюда приедет. Кроме Университета и Медицинской академии просили позволения принять участия в этом адресе Инженерная, военная академии, Артиллерийское училище и другие. Многие интераторы тоже сделали сходку на которой согласились также послать адрес Государю и в нем просить, чтобы были ограничены права полиции, потому что теперь нет свободного прохода молодому человеку. Всюду привязываются Полицейские пиявки. Даже к гимназистам как апример Кестеру, Хейеру подходили эти свиньи. Теперь видно уж настало такое бунтливое время, потому что беспорядки происходят не в одном Петербургском университете, но и в других. Так в Московском студенты сломали рогатку, отделявшую один факультет от другого, за что 20 человек были выключены. Кроме того они не хотели принять Зряхова, узнав, что он был агент тайной полиции. В 12 часов ночи все студенты Медицинского факультета были приглашены в зало университета. Там на столах лежали прошения об увольнении и лист на котором должны были подписаться соглашающиеся принять Зряхова. Все студенты подписали этот лист, но потом написали прошения об увольнении и хотели подать их начальству, но оно объявило, что более 20 просьб разом принимать не может. Это окончательно раздражило студентов. Придя в присутствие, они побросали свои просьбы в рожи своим мнительным начальникам. Вслед за тем Московский Университет был закрыт. Кроме его еще закрыт Киевский. Говорят, что и Дерптский, что то туда-сюда, чего доброго — и его закроют. Вот все, что я узнал. Не знаю, что дальше будет. А очень интересно. Я хочу просить Кедрова дать мне учеников. Все что то на ум идет Университет. Теперь весь город наполнен рассказами о нем, часто весьма неясными. Так например, говорят, будто студенты сорвали портрет Императора и начали его топтать, плевать, рвать. Может ли это быть? Император тут ни в чем не виноват, следовательно ему нечего мстить. Студенты отстаивают свои права. То то и худо, что в народе не совсем понимают Университет, и поэтому и сходки студентов, и их требования перетолковать в другую сторону. Сейчас только приходила Соня с А. и принесла весьма радостную весть. Надо прибавить что студенты в Понедельник, пойдя к попечителю, привели его в Университет. Солдаты по приказанию Паткуля и других, не хотели их пропускать. Студенты с криками бросились на них и начали толкать, став в два ряда. К счастию в это время приехал Николай Николаевич и приказал солдатам пропустить студентов. Вместе с тем Соня сказала, что император прислал повеление не под каким видом не трогать студентов, оставить их в покое и что он сам приедет, рассмотрит дело и рассудит хорошенько. В силу этих приказаний Университет будет открыт в будущий Понедельник. Радостная весточка! А впрочем может быть это все враки. Котя пошел к Герстовскому, а Густавсон сейчас пришел к нему. Мама и Маша теперь объявляют ему эту радость. То-то он запирует. О если б я скорей поступил в академию! Как мне надоела гимназия это один только Бог знает. Я не могу высказать словами все, что происходит теперь в моем сердце. А как, я думаю, студенты рады этому. Если только Император решит дело в их пользу, непременно они сочинят какую-нибудь торжественную благодарность. Император стоит этого. Он очень добр, а эти свиньи пользуются его добротой и издают такие глупые приказания, как Путянин и Филиппсон. При приезде Государя Русским будет хорошо, да за то Полякам худо, чем я очень рад. Пора этих скотов усмирить хорошенько; они что то слишком вольничают.
11 октября. Среда. Из студентов около 500 человек приняли матрикулы, в том числе и Котя. Матрикула — книжечки в роде тех, в которые мы записываем слова. Еще прежде государю посылал известие о студентах но он отвечал, что не надо придавать большой важности вспышке молодых людей. Добрый Государь! При втором известии и запретил употреблять. Если б император приехал конечно б было совсем другое. Михайлов, писатель, умер в крепости от удара. Утин студент тоже умер, только дома. Последние слова его были И так я должен поплатиться за проступки моего деда. Он — жид и первоначальная фамилия была Иудин, потом Юдин и наконец Утин. Богданову, девицу-студента, кажется высекли. Говорят, что Искандер приезжал летом к Михайлову и советовался с ним об осуществлении своей идеи социализма. Это мне кажется не может быть, да никто и не согласится. Один будет трудиться, всю свою жизнь, другой молиться, а между тем состояние одинаково. Это будет обида первому, и поощрение второму. Да вообще мне кажется что Искандер уж устарел со своими идеями. Лучше б и не совался, а то только дело портит. Я сегодня первый раз был в гимназии. Там все по старому, да что и может быть нового в такой гимназии, как наша. Лемониус с каждым днем становится бессмысленнее. Глупость его растет не по дням а по часам. Например он велел не связываться со студентами, как будто они язва какая-то в самом деле бунтовщики. Он хотел даже исключить Потолова за то, что мне говорил о их сходках.
4 декабря. Понедельник. Я сегодня не ходил в Гимназию, поелику на щеке прыщик вскочил, а в Середу надо идти к Леонтьевым. Вечером т.е. часу в шестом ко мне приходил Филиппов и объявил важную новость. Третьего дня т.е. в Субботу 1го Декабря Император был на опере в Мариинском театра. Известно что бывает в театре государь, так он один апплодирует, а прочие еще из уважения к нему молчат. В этот раз было наоборот. Все апплодировали. Это Александру не понравилось и он послал в ложе бывших при нем людей с приказанием замолчать. Да господ вытолкали [нрзб]. Император принужден был раньше обыкновенного выехать из театра. По окончании представления толпа из студентов Медицинской Академии, Университета и гимназистов остановилась в подъезда, чтобы дождаться своей любимой актрисы. В это время подходит Паткуль и приглашает их разойтись. Толпа отвечала, что она этого не сделает. Тогда знаменитый своими деяниями обер-полицеймейстер спрашивает у одного гимназиста фамилию. Этот говорит, что он может насказать Паткулю 30 фамилий, из которых ни одна не будет его настоящая. Обер-полицеймейстер, видя, что делать нечего, сел в сани и поехал. Заметя его трусость один из толпы вероятно гимназист, закричал ему вслед: «поезжай скорее, а то император без тебя всю водку дотянет», конечно, этот поступок, недостойный человека образованного. Но при настоящих поступках правительства не мудрено, что и тихий человек сделается зверем, а образованный отчаянным невеждой. По причине описанным выше происшествия по всем Гимназиям были разосланы бумаги от попечителя народного образования, в которых директорам заведений предписывалось внушить своим ученикам отвращение к подобным поступкам. Конечно «под спасением строгого взыскания за неисполнение точных соблюдений этого наставления. Такую то бумагу сегодня утром, после молитвы, собрав все старшие классы в залу, читал Бормотов. По городу ходит много анекдотов по поводу дела студентов. Так нпр. в одном из них говорится «С душевным прискорбием извещая о кончине Русского просвещения, покорнейше просим всех знавших, пожаловать на вынос его из С.Петербургского Университета и на погребение в Государственном совете». Совершенно справедливо и очень остро! Студентов, некоторых только, а не всех обещали выпустить 5 Декабря во Вторник, т.е. завтра, накануне имянин наследника. За студентов, [нрзб], всего только четыре голосам: императора, который как председатель, имеет два голоса, наследника и Суворова, а прочие против них, как Путятин, Панин и другие. Не сдобровать этому скоту Путятину. Посадили же этого старого глухаря на место министра народного просвещения. Говорят, что не он виноват, а государь. При первом отказе Путятина Император отвечал: «Разве я все должен делать, а вы ничего». Вот теперь волнуются, возстают, и Бог знает, что такое, а чрез 50 лет посмотришь кого на свете нет, а кто так жил, что и ног не подымет. Omnia Humana sunt fragilia. Завтра пойду в гимназию.
30 декабря. Суббота. Вчера т.е. в пятницу 29 декабря вечером я был в Публичной библиотеке, видел там Травинского. Сегодня утром в одиннадцатом часу я с Котей отправился сперва в Библиотеку, чтоб взять билет на 1862 год. Мне попался № 38, а был 3121. Чтенье начнется с 2 января, т.е. со Вторника будущей недели. Мама с Машей сейчас только воротились от танцевального учителя Воронова. За нас двоих взял 25 рублей серебром. Танцованье начнется с 10 часов в среду. Недавно в газете был напечатан всеподданейший доклад министра народного просвещения, которая стоит выписать. Именно он напечатан в Ведомостях санкт-петербургского городской полиции под №281 третьего десятилетия, четверг 21 декабря 1861 года этим самым докладом Путятин доказал свою подлость и какой он скотина. Всеподданейший доклад министра народного просвещения о закрытии Санкт-Петербургского университета. Ваше Императорское Величество во востоянной заботливости (?) о благе образующегося в университете и в видах облегчения родителям средств доставить более основательное образование их детям.
Высочайше повелеть изволили пригласить в Санкт-Петербург для совещания, попечителей учебных округов или их помощников, а также некоторых из каждого университета профессоров, близко знакомых с настоящим состоянием университетов, для пересмотра университетского устава, составленного за двадцать лет тому назад и потому в настоящее время требующего изменений. Учрежденная из лиц комиссия открыла уже свои заседания, и занятия и будут непрерывно продолжаться, дабы окончить порученный ей труд без потери времени.
Между тем, не несмотря на то, что после возникших в санкт-петербургском университете беспорядков (?), правительство заботливо изыскивало средства к приведению оного в надлежащее устройство, и для достижения этой цели употребляло всевозможные меры к предупреждению окончательного закрытия сего университета, в нем в последнее время вновь начали обнаруживаться уклонение от соблюдения постановленных правил, которое хотя и не имеет само по себе существенной важности, но тем не менее доказывает, что впредь, до пересмотра университетского устава, дальнейшее существование санкт-петербургского университета, не может быть признаваемо полезным для обучающегося в нем юношества.
Вследствие сего министр народного просвещения долгом постановляет испрашивать Высочайшее Императорского величества повеление:
Закрыть санкт-петербургский университет впредь до пересмотра университетского устава и до Высочайшего утверждения тех изменений, которые Вашим Величеством признано будет полезным в оном допустить.
Открыть вновь санкт-петербургский университет уже на новых, в пересмотренном уставе, определенных основаниях.
Всех нынешних студентов университета считать окончательно из оного уволенными, предоставить им обращаться к попечителям учебных округов с просьбою о приеме в подведомственные им университеты, с теми самыми правами и преимуществами, которые при постепенном прохождении курсов были приобретены ими на день закрытия университета.
Всех профессоров и других должностных лиц университетского управления считать остающимися за штатом, впредь до открытия университета на новых основаниях.
По открытии вновь санкт-петербургского университета предоставить как профессорам и другим лицам, нане принадлежащим к составу сего университета, так и студентам оного, поступать в сей университет, с разрешения начальства, на новых правилах, которые будут постановлены. Комиссии же, занимающейся ныне пересмотром университетского устава, вменить в обязанность определить порядок поступления вновь в санкт-петербургский университет всех вышеупомянутых лиц, имея при сем в виду сохранение им прав и преимуществ, приобретенных профессорами и должностными лицами университета на службе, а студентами при прохождении ими курсов.
Исполнительные по сем предметам распоряжение возложить на министра народного просвещения.
На сем всподданейшем докладе Его Императорское Величество. в 20 день сего Декабря, собственноручно написать изволил: Исполнить.
Вместе с тем Государю Императору благоугодно было высочайше повелеть: во внимании к тому, что некоторые студенты санкт-петербургского университета нуждаются в средствах к жизни, и были бы особенно затруднены, в случае желания переселиться в другие университетские города, отпустить в распоряжение санкт-петербургского военного генерал-губернатора особую Его Величеством определенную сумму, для производства из оной нужных студентам пособий, по ближайшему усмотрению Генрал-адъютанта князя Суворова.
Подписал министр народного просвещения, генерал адъютант граф Путятин.
Хорош нечего сказать доклад! Из него можно понять о постоянной заботливости нашего правительства об образовании юношества, которому не дают даже средств для этого. Хороши нечего сказать и юноши, из которых многим уже есть лет 25 или 30, если не больше. Беспорядки! Да надо спросить что было причиной этих беспорядков? Кто первый подал повод им? И увидишь, что во всем виновато наше же правительство. Если рассмотреть хорошенько все их действия и поступки со студентами, то право заметишь, что оно действовало весьма неблагоразумно, да и еще и несознательно, а продолжало так поступать. Все приказания Путянина, Паткуля, Филипсона и прочих служили только к раздражению молодых людей. Закрытие университета это доказывает. Прежде этого еще запирали аудитории, как будто это мальчики, которые шалят в классах; хватало всех. Студенту невозможно было выйти на улицу, того и гляди, что ни за что, ни про что попадешь в крепость да это еще б ничего, если б в крепости помещения то были хорошие, а то ведь серые, гадкие, темные, вонючие, как-будто студенты преступники какие, да и с тем прежде следствия не должно было так поступать. У многих открылись скверные болезни и я думаю, большею частью из сидевших в крепосте всю свою жизнь не забудет этого.
- 31 декабря. Воскресенье. Сын Отечества 1861 г. Декабря 17 дня № 51, страница 153Б Для собраний по вопросам, касающимся университетов, по высочайшему повелению, предложено было прибыть в С. Петербург, в начале Декабря, попечителям тех учебных округов, в которых находятся университеты, вместе с депутатами от университетов, столичных — по два, а прочих по одному, из профессоров по выбору попечителей. По прибытии означенных лиц в Петербург, образовано из них, образовано из низ под председательством действительного тайного советника фон Брадке, особая комиссия, которая с 7го Декабря, начала и продолжает ежедневно свои занятия. Состав Комиссии следующий. Председатель, попечитель дерптского учебного округа фон Брадке; члены: депутат от дерптского университета проректор фон Эттинген; С. Петербургского попечитель учебного округа, генерал лейтенант Филиппсон; от С. Петербургского университета: профессора Ленц и Никитенко, попечитель московского учебного округа, генерал маиор Исанов; от московского университета: профессора Соловьев и Бабст; попечитель казанского учебного округа, действительный статский советник князь Вяземский; от казанского университета профессор Овсянников; попечитель киевского учебного округа, действительный статский советник барон Николаи, от университета Св. Владимира ректор Бунге; помощник попечителя Харьковского учебного округа действительный статский советник Фойгт; от харьковского университета профессор Пахман.
Как разсмотришь отдельно каждое лицо этой комиссии так и увидишь, что здесь собрано старье, хлам и конечно приверженцы старого устройства университетов, любители времени Николаевского, когда все делали из под палки и не знали другого поощрения, как только бить плакой. Я не говорю тут о достоинстве профессора. Многие из них люди заслуженные, ученые, полезные на своем месте, а не в комиссии, собранной для состава новых университетских правил. Все они приверженцы старого, следовательно не могут испольнить прекрасно возложенного на них поручения. Конечно, не они виноваты в том, что имеют такой взгляд на вещи, а виноват тот век, в который они жили, но если они не хорошо исполняют, то к чему их приставили, так в том будет виноват тот, кто их назначил, а не они сами. Впрочем пока ничего неизвестно, что принесет полезное эта Коммиссия. Говорят, что Путятин подал в отставку, и на его место назначен Головнин, такой же подлец, как и первый, след[овательно] ничего хорошего не будет, но опять таки ничего неизвестно и я не могу так говорить. Надо дождаться конца и потом уже разсуждать, а предсказывать нечего. Филиппсон тоже отставлен и замещен бароном Корфом, который был директором Публичной библиотеки, куда вместо него назначен Делянов, бывший попечитель петербургского округа, человек добрый, но хитрый и светский. Довольно интересно знать чем кончится университетское дело, начавшееся с глупости и которое кончится может быть не совсем хорошо для императора конечно, а не для народа. Михайлов, уже теперь в Сибири, бедный, в рудниках на 6 лет. Много воды может утечь в эти шесть лет.
- 6 января. Суббота. Я недавно узнал, что когда Спасский находился в крепостном госпитале случилось одно происшествие, ускорившее его смерть. Именно в числе больных находился один умалишенный, который однажды, вскочив с постели, зарезал было четырех человек и бросился на студентов, но они заставили дверь в свою комнату мебелью и таким образом не пустили его.
Тема 3. гимназия воля сердце польза
Психологические рассуждения и переживания
4 января. Пятница. У меня что-то все время переменяется. Вчера был февраль, сегодня январь. Вчера Пятница, сегодня Пятница. А все от разсеянности. Костя что-то слишком с папашенькой спорит, прекословит во всем. Грубит, чорт знает что такое. Вспомнит потом он, покается, будет его совесть мучить за это но уже поздно тогда. И охота папашеньке ухаживать за ним — я не понимаю. Я бы на их месте ругал бы его на каждом шагу, пришпорил бы так, что он не смел слова сказать. Досадно право смотреть его такое обращение, теперь, когда он им всем обязан. Что же будет тогда как они будут обязаны в чем-нибудь ему — да он заест их. Худо у нас что-то все. Не знаю отчего. Сегодня меня вызывал Буш. Сказал gut и поставил 4. Начало то хорошо. Да оно всегда так бывает, что начнет хорошо, а кончит худу. Теперь все поговаривают о крестьянском деле. Говорят, что в 19 февралю будет объявлено. Послужит ли это же пользе? Не знаю. Теперь и знать то нельзя, а то сейчас в крепость. Однако пора заняться и делом, а не болтать пустяки.
12 ноября. Воскресенье. Вчера вечером пришел к Коте Бухарев. Мы заговорили о том, что берет перевес сердце над умом или ум над сердцем. Я с Бухаревым утверждали первое. Котя отстаивал второе. Мне и до сих пор кажется, что я прав. Если не все так по крайней мере большая часть людей повинуются первому влечению сердца. Очень мало исключения [нрзб], если кто нас разсердит мы никогда не удержим своего гнева, а изольем его тут же, не размышляя наперед хорошо ли это будет или худо? Впоследствии уже спохватимся, да будет поздно. Таких примеров каждый день встречает по сту. И сколько людей делаются несчастными на всю жизнь из-за каких-нибудь пустяков и именно потому что не умели сдержать во время побуждения своего сердца. Одна история может нам представить тысячу подобных примеров. Так Александр великий в пылу своего гнева убил Клита. Волынский погиб из-за того, что в жару спора с Бироном, требовал уплаты денег [нрзб] сказал, что Бирон защищает Поляков потому что герцог Курляндский и что всякий народ для него лучше Русских. И не из одной Истории можно привести примеры. Сейчас заходит ко мне Филлипов, звал к Рибо, да я не пошел. Что за охота идти в такую погоду. Отовсюду течет. И сверху и снизу. И с крыш капает и на тротуарах лужи растаявшего снегу.
17 декабря. Воскресенье. Начну с того, что к завтрему ничего не знаю. Это уж старая материя. Надо будет в последствии хорошенько заняться, после праздников, а теперь заниматься не очень. Наши ушли к Георгиевским. Здесь Петр Николаевич
23 января. Вторник. Вчера за обедом нам принесли письмо, в котором просят в 10 часов утра сегодня на похороны моего крестного отца Федора Семеновича Почепцова. Он умер от удара 20 января. Вот уже третий покойник из моих знакомых. Его похоронили на Охтинском кладбище. Мы т.е. я с Котей воротились из церкви домой во втором часу, а папашенька поехал на поминки. Сегодня же на часовой машине уехала Каташенька с детьми. Теперь у нас славно, спокойно, тихо, а все таки я не учусь. Отчего? От лени. Никто ведь не изобрел лекарства от нее так, чтобы самому можно было вылечиваться. Кстати, я забыл раньше записать, мы учимся у Блеха, танцора балетного, танцовать. Я уже знаю pas польки, вальса в 2 pas, вальса в 3 pas, польки-мазурки, кадриль, лансье и мазурку. Последние 3 танца я впрочем нехорошо помню. Особенно мазурка, совсем мне не дается. Как ни стараюсь, все не выходит. Уже Блех меня называет злодеем. Котя счастливее. У него все идет. Я думал сначала, что у меня есть способности к танцам, а теперь разуверился. В 11 уроков не могу выучиться хорошенько мазурке! Это странно! Впрочем отчаиваться нечего. Ведь надо терпение, да упражнения. Завтра в шесть часов вечера мы отправимся к Блеху. Что это будет — не знаю. Завтра первые часы Буш и я ему ничего не знаю. Ужасно боюсь, а идти должен.
4 апреля. Среда. Пятый день пришел с тех пор как нас отпустили, а я повторил только половину арифметики. Мне кажется, что ко 2му Мая я кроме математики не повторю ничего другого. Это будет худо. Надо торопиться. Сегодня я исповедовался, да успел столько нагрешить, что хоть сейчас идти снова исповедоваться. Завтра день моего рождения и причастия. Завтра минет мне 17 лет. Довольно, чтобы сделать что нибудь полезное, научиться хоть чему нибудь, а как посмотришь так выходит, что ничего не сделано хорошего, ничему не научился. Грустно, право грустно, да что станешь делать. Такая уж натура. Понимаю, что худо делаю и все-таки делаю, а отчего? От недостатка воли, а может быть и оттого, что разучился заниматься т.е. не не то, чтобы разучился, а и совсем мне научился. как я теперь раскаиваюсь, что не занимался в меньших классах! Раскаяние никогда не поздно — это правда, но оно принесет пользу только тогда, когда будет соединено с исправлением, а в противном случае только лишняя трата времени. Странный право у меня характер. Я не зол и не вспыльчив, а серединка на половинку. Впрочем самому трудно верно разобрать свой характер. Непременно крайность: или слишком беспристрастен, или пристрастен. Середины не бывает. Хочу с сегодняшнего дня вставать часов в 6 и заниматься арифметикой, вообще математикой.
Тема 4. класс экзамен гимназия язык история
Учеба в гимназии, подготовка и сдача экзаменов.
4 октября. Вторник. Сегодняшний день для меня был и счастливый и несчастный. Многие из учителей читали отметки. Из Физики и Математики я получил по 2. Из закона и Истории по 5. Надо учиться из математики хорошенько. Меня сегодня вызывали Кедров и Лапшин. От обоих отделался хорошо. Не знаю что-то поставят в месячных.К завтрому я никому не учился. Особенно боюсь Лемониуса. Он меня ни разу не вызывал. Мне надо, как можно лучше учиться из Латинского языка, а я как нарочно к завтрому Лапшину не приготовил. Хочу поступать в Академию, а не могу переводить Овидия, тогда как должен уметь переводить Цицерона, Саллюстия, Тита Ливия и Корнелия Непота. Не знаю как будет. Нужно писать еще сочинение на Латинском языке без словаря. Впрочем, позволяется спрашивать некоторые неизвестные слова. А хотелось бы мне поступить туда. Если бы я вынес славно бы было. Главное, экзамен легкий. Из Тригонометрии несколько страничек, из Математической Географии также. Из Закона истории Церкви почти что не нужно. Только вот в чем препятствие. Надо знать один из новейших языков. А какой я знаю? Никакого. Если бы достать учеников, да накопить денег, тогда же можно было пожертвовать 24 рублями какому нибудь французу, только б выучить хорошенько французскому языку. А теперь публикуют безпрестанно такие предложения. Например недавно было так называемое небывалое предложение выучить в 24 урока за 24 рубля фундаментально знать французский язык. Это бы было славно. Я бы хоть 30 рублей дал, лишь бы выучиться же хорошенько говорить. А то право стыдно. Стоишь у Леонтьевых болваном, ничего не понимаешь. Другим весело, другие хохочат, говорят, гуляют, а я ничего не делаю. Сегодня у нас была Настасья Петровна и наврала тут. Говорит, будто бы я сказал Владимиру Николаевичу, что пойду к тетеньке, которая недалеко живет. А я этого не говорил ничего. Наконец объявила, что в Воскресенье у нас будет обед и Леонтьевы приедут. Вот наказание то право. Вставай рано, не выспишься, а на другой день в Гимназию отправляйся. Чорт знает, что такое. Сегодня я отдал Мунделю вожделенный билет. Рибо принес мне сегодня же программу для вступления в студенты Академии. Я ее уже прочитал. Хотелось бы мне, очень хотелось вступить в Академию.
19 октября. Среда. Вчера я боялся Буша, а между тем у меня его класс сошел чрезвычайно хорошо. Он вызвал и поставил 4. Не знаю что-то дальше будет. Я никому не знаю к завтраму. Ну да довольно. Хоть сколько нибудь написать так и то хорошо. В нрзб что-нибудь написано. В субботу праздник. Это главно!
20 октября. Четверг. Сегодня прошло счастливо. Кедров да под конец класса отделался хорошо. Завтра в 7 часов вечера Лядов будет читать лекции. У нас Е.А. останется ночевать. Мамашеньки еще нету. Довольно одиноко и то хорошо.
9 ноября. Четверг. Вчера вечером приехал Иван Галктионович. 22 приедет с детьми Каташинька. То то будет суматоха и не опомнишься. Сегодняшний день для меня не совсем счастливо прошел. Меня вызывал Лапшин и сказал, что я ему не учился. А я ему скоту этакому вчера первый раз сам преготовился, все перевел, добился до того, что сам понял, а он мне говорит, что я не учился. Урод этакой! Да еще по окончанию ученья говорит, что «Класс ваш отличился сегодня. Ну его к чорту! У нас теперь Павловы. Папашенька читают законы и спорятся с Петром Николаевичем. А мамашенька в гостиной разговаривают с Павловой. Вчера я купил Грамматику Антонова. В Воскресенье я приобрел за 3 рубля лампу с молочным полушаром и тритона Аргантова. В первый же день сломали немного полушар этот. Хоть бы уроки достать, а то выучишься к следующему дню и не знаешь что делать. А тогда б хоть сам повторял, да и других учил, да и деньги бы зарабатывал. Тройная польза. К завтраму ничего не учился. Ну да легкий день. Нечего и учиться то. А вот к пятнице порядочно так надо подолбить. А я имея время, ничего не сделал. Это худо. Да что станешь делать, когда не хочется. А я ужасно ленив. Как заленюсь, так и пиши пропало.
30 января. Вторник. Сегодня вызывал меня Миквиц из физики. Пришлось отвечать о равновесии сил в наклонной плоскости если одна из них действует параллельно основанию плоскости о равновесие винта. Сошло хорошо. Вызывал еще батька. Я ему кое-как ответил. К завтрему по своему обыкновению никому не знаю, исключая Лапшина да Струве, которого мы прозвали Негропонтовым. Право странно. Ни одного на неделе нет, к которому бы я все уроки приготовил. Непременно двух не знаю. Уже это редкость если один не выучился. А отчего все это? Частью от лени, а частью в том виновато и само начальство Гимназии. Ведь это легко подумать 5 уроков в день с 9 часов утра до 2 ½ пополудни и все обязательные. Утром сидим в Гимназии, вечером придем домой — тоже долби. Ведь это ужасно! Нет отдыха совсем! Станешь наконец и лениться. И предметы то все в каком-то неустойчивом равновесии. Чуть из одного больше занялся — другой не будешь знать. И всякий преподаватель требует, чтобы ему отвечали. Пора бы кажется обратить на это внимание. Уменьшить такое разнообразие предметов в один день, а то иногда бывает такой хаос в голове, что сами ничего не понимаем. Пишем немецкие слова вместо греческих и подобную чепуху.
27 марта. Вторник. Пять недель великого поста прошли, как будто их и не было. Поговаривают об экзаменах. Лемониус дал нам самим сделать их распределение и мы на каждый экзамен дали несколько дней приготовления. Страшно, да что делать без экзамена не отпустят. Надо постараться. Я встаю в седьмом часу и весь день занимаюсь.
Пятница. 30 март. Сегодня в 2 ¼ часа нас отпустили готовиться на экзамены. Теперь все зависит от одного меня, а я еще ничего не начинал делать. Вчера к нам приехала Каташенька с детьми. Она кажется намерена остаться до Вторника. Пусть бы скорей уезжала, а то ничего не приготовится. Стоюнин будет продолжать свои лекции. Однако пора заниматься.
11 июня. Понедельник. Пора наконец написать кое что и об наших экзаменах. Может быть, лет через 50 прочитаю я эти записки, вспомню самые приятные минуты моей жизни, когда я, среди семейства, не имел другой заботы, кроме ученья. Вторым экзаменом был экзамен из французского языка. Дан был день на приготовление. Не смотря на это я однако ничего не сделал. Отправился к Рибо и там провел день. В день самого экзамена я просмотрел грамматику и помолясь Богу отправился в гимназию. Экзаменовался я у Вильде и, как мы говорили, получил 3. Третий оказался был из физики. Брали по два билета, из общих частей физики. Я держал последний и потому получил всего только три, потому что Миквиц беспрестанно бегал и не слушал меня хорошенько. Из первой части физики мне попался билет: О тяжести воздуха и барометр; из второй: О простом микроскопе, Кеплеровом астрономическом и земном телескопе. К несчастью я забыл чертеж микроскопа и не мало не рассуждая нарисовал Галелееву трубу. Тут же я начертил Парротов переносной барометр так хорошо, что ее сам Миквиц не узнал. На физики я не спал одной ночи. Четвертый экзамен был из всеобщей истории и самым отличным. Я получил 5. Брали по три билета, из истории: древней, средней и новой. Из первой мне попалось отвечать об Александре Великом, изо второй историю Германии Арнульфа, Оттоны и Генрихи; из третьей Пруссию от основания, кончая детством Фридириха Великого. Экзаменовался я у Лебедева. Пятый экзамен из Русской истории тоже сошел отлично. Давали по два билета из древней и новой истории: из первой мне пришлось отвечать основание Руси и о первых князьях, изо второй о Петр III и Екатерине Великой. Шестой экзамен был из Закона Божьего. Я совершенно не знал истории церкви и ужасно боялся. Дали два билета из литургии и священной истории, об ектениях и сотворении мира. Ответил не совсем хорошо, да забыл просительную ектению, ну и получил единицею меньше, чем следовало. Но все эти экзамены я не спал ни одной ночи. Седьмой экзамен из русской словесности окончился хорошо. Ставили пять отметок: за историю литературы, теорию прозы, поэзии, славянскую грамматику и сочинения. Я получил 5,5,5,4,4 да годовая 3 и вышло 4. Еще первой попалось Слово о полку Игореве, потом Стоюнин спросил разъяснения эпоса. Еще славянской грамматики Свитонов экзаменовал очень хорошо. Сочинения написать попалось о значении Некрасова, но я поменялся с Пасвиком и написал о значении Ревизора Гоголя в русской литературе.
27 августа. Понедельник. Кончил русскую историю. Остается еще повторить: закон Божий, всеобщую историю, физику и если будет время, так латинский и немецкий языки. Хорошо бы было, если б хорошо сошли с рук экзамены. До них осталось только 8 дней. Вчера к Шмидту, доктору, приезжали на обед Японцы, вчетвером. Я их видел еще в Царском селе, очень близко. Вчера же вечером мы были в театре александринском, который теперь переименован в народный. Цена в нем понижена значительно. За место в галерее прежде платили 70 к., а теперь 40 и т.д. Играли: русская боярыня 17 столетия, Женитьба Гоголя, историю с дядюшкой и «всех цветочков боле розу я любил». Мы сначала поехали в Мариинский театр. На нем была опера «Жизнь за царя»; но ни одного места не было. Были свободны кресла по 1 р. 50 к. и можно бы было пожертвовать этими деньгами, да одеты то мы были не так. В Польше теперь волнения. Ярошинский, стрелявший в К[онстантина] Н[иколаевича]. Ржаньца и [нрзб], хотевшие убить князя Вельепольского, повешены. Впрочем маркизу Гонзаго Мышковскому не сдобровать. Недавно он получил отравленное письмо и, когда стал читать, то, вдохнув ядовитые пары, чувствовал тошноту, как и другие лица, читавшие это письмо. Оно было написано чрезвычайно мелко и неразборчиво, чтобы, держа ближе к глазам, м.б. было отравиться. Открыт заговор. Папашенька сегодня приехал из Царского. У нас там живет Каташенька. Она приехала из Петербурга на 8ми часовой машине в Понедельник, 20 Авг.
Тема 5. любовь веселый общество театр глупый
Любовные переживания
4 июля. Четверг. Удивительно, что со мною делается. Я. кажется, влюбился в Дж. Вчера у меня был Пасвик. Соня принесла ее портрет. Сердце у меня забилось и я с наслаждением любовался изображением дорогого для меня существа. Действительно, я влюблен. Еще при похоронах ее брата она произвела на меня впечатление и я дня три не мог забыть ее миловидного личика. Потом мало по малу забыл. Подарок атласа заставил меня сходить поблагодарить. Наконец сама Е.И. познакомилась с сестрами, так что все способствовало моей любви к ней. Что я влюблен, в этом теперь нет сомнения. Для чего я всегда хорошенько одеваюсь и украшаюсь, когда иду к Дж.? Когда Е.И. приходила к нам, я не мог заниматься. Мне хотелось, выдти, сесть и любоваться на нее и просидеть так долго. Эти фразы не из романа выписаны. Я сам прежде не верил в любовь, смеялс над влюбленными, а теперь самому пришлось испытать это. Я бы впрочем очень рад был, если б освободился от этой глупой любви. Что в ней толку? Я еще молокосос, решиться не могу для чего ж развивать в себе это чувство? Притом я хочу решиться, когда составлю себе имя, карьеру, состояние, а до этого еще далеко. А Дж. мне очень нравится. Я люблю ее как-то особенно. Мне делается неприятно, когда говорят о ней неприлично. Я бы кажется готов был растерзать того, кто б осмелился нанести ей оскорбление. Как бы я рад был, если б она отвечала мне взаимностью. Если я буду когда нибудь ее мужем, я буду все делать для нее, что только по силам. А глупо право мечтать. А ведь сам знаешь, что и любить-то глупо, а что станешь делать? это от меня не зависит.Хорошо б было, если б хоть другие то не заметили, да я такой человек, что не сумеет открыть никакого своего чувства. Ну что если я дойду до этого, что не буду в силах совладать с собой и откроюсь ей или Ек.И. заметит во мне что-нибудь необыкновенное? Я не знаю, что тогда буду делать. Если она останется ко мне совершенно равнодушно, не выйдет за меня замуж и любовь моя разовьется еще более — я кажется застрелюсь. До сих пор я не понимал, что значат душевные страдания, а теперь к несчастию коротко познакомился с ними. Когда я, будучи в Воскресенье прошлое на музыке в Павловске, не догнал их в саду и думал, что замечен ими, что тогда во мне происходило я даже не могу объяснить. Я право готов был наложить на себя руки. Нет, я влюблен, решительно влюблен. А как тяжело сознаться в этом, да еще должен скрывать. Глупо, глупо, что я влюбился! Главное, я не могу уж отстать теперь. Меня так и тянет к ней; я бы все отдал, что имею, лишь бы она была моя и сочувствовала мне. Да чем я могу заслужить ее расположение? Никаких достоинств, отличающих меня от других, по крайней мере недюжинных — не имею, ничего порядком не знаю, физиономией — урод уродом. Видно мне придется погибать даром. Я теперь не могу приняться за книгу, мне все мерещится она. А как мне хочется в Павловск! Ек.И. приглашала Машу и Соню, а так как им не с кем ехать. Что я буду там делать, желал бы я знать, дураком выкажусь? Я думаю, что так. Не знаю, что дальше будет. Теперь постараюсь быть исправнее, записывать все замечательное, чтоб потом посмотреть на окончательное развитие и уничтожение моей любви. Последнее должно быть вернее, да и какая может быть любовь в лето? Потом посмеюсь я, когда прочитаю, что чрез год или два; а теперь не до смеху. Право странное чувство эта любовь. Всякого человека она переменит, дураком каким-то делает. Так ли я разсуждал два месяца тому назад, а теперь что? Сам себя не узнаю. Ничего делать не хочется, а между тем наступает год трудностей. И всему то виновата моя проклятая любовь. Хоть бы освободиться от нее скорее, да как это сделаешь? Воли то нет — вот в чем главное дело.
4 марта. Среда. Соня получила место гувернантки в Тамбовской губернии и едет туда послезавтра. У нас конечно суматохе. Сборы к отъезду. Масленица прошла и оставила во мне какое-то сожаление по себе. Это странно. Не знаю, чем все объяснить. Мне кажется, что я теперь делаюсь из мальчика мужчиной, мне нужно женское общество, а его то именно у нас и нет. На маслянице я часто бывал в Мариинском театр, видел там хорошеньких дам и девиц (не знаю), а теперь не вижу и вот причина грусти и неприятного чувства тоски. Грусть и тоска не одно и тоже. Я рад 10 раз испытать грусть вместо одного раза тоски. Грусть конечно неприятна, спору нет, но это чувство тихое, а тоска совсем другое — это чувство, к-рое за душу тянет, покою не дает человеку становится тошно жить на свете, он не знает куда деваться. Я это пишу с собственного опыта, а не выдумываю. В такое время я не могу приняться за книги. Это не лень, а какое-то глупое отвращение к науке. Вообще я не знаю, что со мною делается последнее время. Мне не на шутку становится скучно жит на свете. И действительно для чего жить? Ни себе, ни другим недоставляешь удовольствия, а пользы тем более. Жизнь моя еще не определена. Для этого я должен ждать три года, если вздумается мне остаться в этом курсе. Грустно, право грустно жить на свете и особенно такому дураку, как . Ни способностей, ни приятной наружности, ни ума — ничего нет. Лучше уж и не говорить о себе, а то начинаешь раздражаться.
11 января. Среда. Я думаю снова начать записывать, чтобы легче впоследствии обсудить, что я за человек, куда гожусь и как себя держать в обществе, чтобы быть хоть сколько нибудь для него нужным. Под словом общество я разумею простое светское общество. Я, вообще, хочу записывать свое умственное и если можно выразиться так, чувственное развитие. Это разумеется не [нрзб]можно сделать, как строго записывать своим мысли и чувства, и чрез несколько времени прочитать, чтобы увидеть, что я пережил. В наст. время меня интересует, что за чувства я питаю к О.М.Т. Мне кажется, подобные записки принесут ту пользу, что, прочитав их, я составлю себе правила кк держаться в обществе; но об этом рассуждение впереди. Теперь дело в том, влюблен ли я в О.М.Т. или нет. В Окт. или Ноя. прошлого года, не помню, ОМТ была больна ревматизмом суставов. Во время ее б-ни мне хотелось спроведать ее, но я не помню, чтоб я того желал пламенно, хотя б сходил к ней тогда с большим удовольствием, чем к кому либо другому. Вскоре она выздоровела, начала к нам ходить, и, как веселая барыня, занимала наше общество, тк что без нее было кк то скучно. Я начал с ней, без всякой задней мысли, заговаривать, шутить, кк то стороной узнал, что она выразилась, будто я начинаю развертываться, «такие глаза стали масляные». Это мне понравилось, я стал с нею смеяться, стал стараться сделать свои свиные глаза масляными, сказать что нибудь острое, что мне конечно не удавалось. Я теперь даже припоминаю, что мне одной время думалось, будто она мною интересуется. Моим давнишним девизом стало слово «Вежливость». Я ОМТ был вежлив чрезвычайно, старался ей угодить (слово «чрезвычайно» я тут употребил для того, чтобы выразить, что я старался сделать все угодное, предупредив ее желания, кк бы поступил и со всякой другой дамой, единственно из самолюбия, чтоб про меня сказали: «Какой вежливый», чтоб только чем нибудь выделиться из окружающих меня людей, к-рым я в нек-рых отношениях завидую). Недели три тому назад я заметил, что мне было приятно угодить именно ОМТ, чтоб именно от нее получить благодарность или улыбку, одним словом обратить ее внимание на себя: мне доставляло удовольствие подать ей салом, отворить ей дверь, я с удовольствием смотрел ей на лицо. Недели полторы тому назад мне стало хотеться ходить к ней, я стал особенно прихорашиваться, когда она была у нас или я шел к ней. Я стал принимать позы, идущие, по моему мнению, ко мне, чтоб освещение лампой падало снизу на мое лицо, потому что мне кажется будто я при таком освещении красивее. Мне стало доставлять особенное удовольствие (более сильное, чем прежде) глядеть на нее. На меня нападала радость, когда я увидал, что она идет к нам. Наконец во сне появилась ревность к Густ. Мне показалось, что Г ухажив. за ОМТ и тк как он каждый воскресный вечер провожает ее до дому, то мне это стало досадно. теперешние мои чувства след: еще я бы рассказал, что было 7го янв. Это еще день ангеала Ив.Гал. Каташ. позвала нас к себе, а в том числе и ОМ. ОМ в этот вечера быа, кк мне казалось и кажется, особенно любезна со мной: пригласила однажды сесть возле себя, шептала мне на ухо шутки (этого прежде не бывало), я разсыпался в вежливости. Вечером после ужина, когда мы пошли домой, я пошел с нею, на углу Фуршт. и Воскрес. улиц наши повернули направо, а я с ОМ пошел прямо. Еще прежде этого ОМ говорила мне что хочет мне предложить один интересующий ее вопрос. Теперь она меня и спросила: что я сказал в 1 вечер Рибо и Соне, что слышал? и что он передал ей, сказав: «Вл. Ив. (я) сказал приятное для моей чести и для вас (для ОМ)». Это было в одно пр[ошлое] Вскр, мы (Соня, Рибо, и я) разстались [в [нрзб] пред уходом ОМ. попросила у меня почитать книг и я ей предложил Женские б-ни[нрзб] и хотел объяснить устройство женск. полов. органов. К чему и приступил, вынув атлас Бока; в это время вошел Г. и сказал: «Медицина пустяки, а вот возьмите (это он сказал, обращаясь к ОМ) химию, да и читайте ее». Я вскинулся на него, п.ч. мне [нрзб] его слова кажется глупостью: мы начали горячо спорить, шли по улице и спорили (что ОМ шла среди нас) и разстались на углу Знаменск. и площади Козьмы (Г с ОМ пошли к дому последней), почти ни окончив спора; впрочем, кажется, победа была несколько на моей стороне] с Каташ. у ее дома и, идя домой, встретились с Г., возвращавшимся к себе домой после проводов ОМ. Не видя его и не ожидая его встретить, я что-то сказал Соне о ОМ или о Г. — не помню. В это самое время подошел Г. и, конечно, слышал мои слова, [нрзб] обернувшись [далее неразборчиво, так как эта фраз вписана между строк]. Кажется, и не раздумывал, сказав, что я «говорил приятное для его чести и для ОМ» и об моих словах и спрашивала ОМ, когда я ее провожал с имянин Ив. Гал. Я решительно не помню, что сказал и ответил ОМ, будто я сказал, что Г. нравится ей, а она ответила мне «Я так и думала». Я ей объяснил, почему я думаю, что она нравится Г-у и, поняв ее вопрос в то время так, что она дала мне предостережение не говорить в другой раз подобные вещи и след. считает меня за сплетника, я счел нужным обидеться и сказать, что я никогда не ожидал, чтоб Г. стал передавать другим случайно подслушанное им слова, что теперь я с ними буду гораздо осторожнее и мне неприятно, что она будет считать меня сплетником. ОМ назвала меня «Соней», ахала и уверяла, что я напрасно волнуюсь. Вернувшись домой, я с час проходил по комнате, раздумывая с какой честью ОМ предложила мне вопрос°: что он слышал приятное для нее и для себя.
14 января. Суб. Мне сначала показалось, будто она спросила это чтоб вызвать меня на объяснение в любви; но вскоре это предположение сменилось другим, более вероятным; именно из слов Густ. ОМ заключила, что она последнему нравится и чтоб окончательно убедиться в этом и понять смысла: «Приятно для моей ч. и для вас» — она и осведомилась о моих словах и даже, кк я теперь припоминаю, у нее при моем ответе появилась на лице довольная улыбка, из чего м-но заключить, что и Г ей нравится. Этот вечер имел на меня влияние, п.ч. заставил меня осмотреться и разсудить, не люблю ли я и в самом деле ОМ; но до сих пор я не могу на это ответить утвердительно. Мечтательность во мне развита чрезвычайно и замечательно, что, куда я ни иду, везде мне приходит в голову ОМ и я тотчас же начинаю думать, кк бы я ей открылся в моей глупой любви, разумеется что оно происходит при приличной обстановке: луна и т.п. Но быть может это просто удовлетворение влечения помечтать. Мечтал же ведь я, как бы я спас Государя и сделался графом и флиг.адъютантом и кк бы стал франтить. Впрочем странно, лишь я просыпаюсь, первая мысль это об ОМ, иду я умываться, умываюсь и уже начинаю представлять кк бы я сказал: «Я люблю тебя» и припал бы к ее рукам и т.п. ерунду. Но вместе с тем я кк то и стыжусь подобных мечтаний. Когда в прошлое воск[ресенье] Г. пошел провожать ОМ сердце у меня кк то неприятно сжалось, мне стало чрезвычайно грустно, завидно и досадно на Г, что [нрзб] да еще б увеличивается тем, что ОМ с удовольствием ходит с Г, а когда сидит у нас, так напротив старается не заговорить с Г лишний раз, чтоб из этого не могли вывести, что он ей нравится. Мне даже как то несколько неприятно стало видеть Г, чего прежде не было. Вместе с этим мне [нрзб] хочется видеть ОМ. Мне было очень досадно, когда я [нрзб] что я, думал зайдти к Каташ., не зашел, а это время у нее была ОМ. Я даже лишний раз зашел к Кат., думая: авось удастся увидеть ОМ. В прошлую среду (11 янв.) ОМ приглашала к себе своих некрых знакомых и в том числе Соню, не удостоив приглашением меня с Костей. Мне это было досадно, мне вдруг захотелось быть знакомым с хорошеньк. девицами, ухаживать за ними, [нрзб] [нрзб] кавалера. Мне приятно, когда начинаешь говорить об ОМ и я стараюсь показать вид, что меня разсказ про ОМ не интересует. Хотя я с большим вниманием выслушиваю каждое мнение, каждое слово об ней. Я даже теперь кк то волнуюсь п.ч. мне завтра вечером придется увидеться с ОМ у Каташеньки. Решительно не знаю, что со мной сделается, но мне положительно приятно думать о ней. Если я лягу спать и начну мечтать, кк бы я ее обнял да поцеловал, и т.п., то я прихожу в такое волнение, что не могу заснуть и иногда бываю принужден насильно переменить мысли. В последние дни я стал хладнокровен, но в первые 4 дня этой недели я только и делал, что думал об ОМ. Приду из Академии, лягу на диван, дак так и мечтаю и даже неприятно, когда позовут к завтраку, впрочем я и за завтраком мечтаю об ОМ. И что только я не передумал! Различные способы объяснения в любви и все тут есть. Мне теперь хочется сделаться человеком приятным в общества, для того чтоб я сумел развеселить и понравиться ОМ, но к чему все это поведет — я не знаю. Не знаю, что завтрашний день скажет, а только я намерен строго записать все, что перечувствую. В последнее время я решительно ничего не сделал, все думал об ОМ, мечтал даже о том, что вот дадут офицерам, а след. военным медикам русскую одежду, кк я буду хорош в ней, кк явлюсь в ОМ и наконец обращу ее внимание. Замечательно, что в прошлое Вскр ОМ делала мне глазки, говорила со мной, попросила даже [нрзб] с ней, а Г кк будто б избегала и только под конец вечера, когда он стал напевать из разных опер, она стала его просить то тот, то другой мотив петь. Мне стало очень досадно, что вот Г умеет петь, а я нет, мне стало досадно внимание с крым ОМ слушала пение Г и я ушел из дома, где они сидели. Голоса у меня нет, след. петь я никогда не буду, но мне вдруг захотелось уметь играть на forte-piano, чтобы съиграть пред ОМ и чтоб моя игра ей нравилась. Вначале вечера Вскренья я долго не выходил к ОМ. Мне кк то хотелось ее подразнить, показать, что я обиделся ее субботним вопросом (7 янв) и вместе с тем мне хотелось выйти и заняться, быть с ней любезным, но тк, кк прежде: не строить глазки и говорить комплименты, а просто быть веселым и развеселить и ее. В средине вечера я вышел, заговорил с ней и был кк всегда, немного впрочем сдержанным. Не знаю, что завтра будет. Мне кажется, что у ОМ есть уже что-нибудь с Г и я служу некрого рода экраном, чтоб прикрыть шашни с Г, не заставить говорить про связь Г с нею. ОМ любезничает со мной, старается показать, что я ей нравлюсь и, быть мж, даже старается влюбить меня в себя. Мне досадно, что теперь не живут у нас ни Соня. ни Маша, при них бы ОМ чаще ходила, а, быть мж, это и к лучшему п.ч. почем знать, если я буду часто видеть ОМ, то я пожалуй и действительно влюблюсь, а то мне все кажется, что теперешнее увлечение не есть любовь, а просто есть следствие долгих мечтаний, следствие самолюбия, крое требует, чтоб на меня обращали внимание, чтоб ни отдавали предположения другому, а [нрзб] выходит наоборот: мне предпочитают Г. ну мне досадно, я стараюсь еще пуще ухаживать за ОМ, придумывю кк бы обратить на себя ее внимание, ну и мечтаю, кк бы хорошо было, если б она действительно меня полюбила, тк что желание обратить на себя внимание я принимаю за любовь. Будущее покажет, действительно ли я люблю и если это выйдет, то это очень глупо, п.ч. теперь решительно не время заниматься пустяками и то я довольное потерял времени без всякой для себя пользы. Кажется я написал все, что только чувствую у ОМ, но во всяком случае, если что забыл, тк припишу потом.
30 января. Среда. Прошлое Вскр (15 ч) я все думал о предстоящем свидании с ОМТ. в осьмом часу мы пошли к Кат., где уже была ОМ. При моем входе она вскочила и обернулась ко мне задом. Я обиделся и сказал: «Чтож это, ОМ, кк вы меня встречаете». Оказалось, что она хотела похвастаться своим шиньоном, а я, дурак, разобиделся, не поняв ее намерения. Впрочем я разсыпался в похвалах ее шиньону. В эт. день она собиралась ехать в маскарад в Большой театр и поэтому к 10 часам она была быть уж у себя дома. весь вечер она режалась относительно меня довольно сдержано: не делала глазки, кк в былые времена, не [нрзб], говорила, что надо собраться с ездить в собрание. Я тоже не отходил от нее, положил перед ней свои голы, чтобы она не проскочила. Наконец она стала собираться домой. У Сони были ее ноты, крые Соня отдала мне, сказав: «Ты пойдешь провожать ОМ, тк возьми с собой ноты ее». Я тк и думал, что пойду. ОМ вышла в прихожую, провожаемая, по обыкновению, всеми присутствовавшими, начала одеваться, но о провожании ни слова; я тоже молчу и даже не хотел предлагать своих услуг, но, вследствии какой то глупой вежливости, не утерпел и спросил ее: «Вы, ОМ, одна идете? Не угодно ли я вас провожу», Она ответила: «Зачем же вам выходить на мороз, я ведь понимаю, кк это неприятно». Тут Костя сунулся: «Не угодно лия вам провожу», Она начала говорить известную фразу, кончающуюся : «Шишел вышел — вон пошел», причем указала на Костю.
5 февраля. Втрн. Я не могу достаточно описать в каком состоянии я был, когда думал предложить ОМ свои услуги относительно повожания? Сердце у меня билось, пот выступил на лице, я чувствовал, что страшно покраснел, я колебался вызваться ли ее проводить или нет, мне и не хотелось [нрзб], чтоб ни показать всего удовольствия, крое я думал найти в этих проводах и вместе с тем хотелось проводить ее, одним словом я бы был в восторге, если б она сама попросила моей услуги, но она этого не сделала, кк это видно будет сейчас. Я в первый раз испытал подобное чувство.Так как она указала на Костю (см. 18 Янв), то я думал, что это просто хитрость, что ей не хотелось прямо просить меняя и проводить, и потому начал ее уверять, что мороз мне не помешает (да и мороз то был незначительный). Она говорила, что не хотелось бы вытаскивать меня на мороз. Наконец я надел кепи и сказал, что пойду ее провожать. Она воскликнула: «Ну уж теперь не удержишь!» и потом, думая, что я настою на своем, прибавила: «В таком случае я попрошу Соню пойти с нами». Это меня поразило, тк что, вероятно, на моем лице выразилась обида. Я ответил, что в таком случае я не пойду и гораздо будет проще, если ее проводит каташенькина нянька. Должно быть мое лицо было очень обидчиво, потому что ОМ сказала: «Ну вот и обиделись, на вас ничем не угодишь». действительно, я в это время чувствовал себя очень скверно. Мне вдруг все опостылело, стало противным, я сделался безучастным к окружающему, мне стало невыразимо скучно и в высшей степени обидно. Я понял тогда так, что ОМ старается меня избегать, что она любит Г и потому хладнокровно относится ко мне, хотя, конечно, не могла не заметить особенной услужливости с моей стороны. Я так обиделся, что употреблял все силы, чтоб казаться хладнокровным. Когда ОМ стала прощаться и протянула мне руку, то я сделал вид, что не заметил этого и ответил ей поклоном. Это заметила и она, сколько мне судить по выражению ее лица и даже кажется сказала что то, не только я этого не помню, тк что и я наконец подал ей свою руку. Так обр. мы разстались. Вернувшись в комнаты, я не знал что мне делать. Ничто меня не занимало. Мне хотелось сидеть и думать. Меня мучила страшная тоска. Аппетит совершенно пропал, на всякое кушанье я смотрел с отвращением. В таком неприятном расопложении духа я вернулся домой. На другой день я не утерпел. Очень хорошо зная, что ОМ по понедельникам бывает в Больш. театре, я поехал туда (это было 16 Янв). Выходя на лестницу я встретился с ОМ и показалось ведь, что это случайность, вежливо и серьезно раскланялся, прошел с ней несколько шагов, причем она не сочла нужным остановиться, и наконец, сказав: «До свидания», пошел нарочно в другую сторону театра, чтоб не сидеть на одной стороне с ней. Я все 1 действие (давали «Севильского цирюльника») старался не смотреть в сторону ОМ, а нарочно разсматривал другие отделы театра, принимая такие позы, что, если ОМ взглянет на меня, то я бы показался ей в возможно лучшем свете. При этмо я с какой-то тоской заметил, что и Г. тоже в театре. Я не хотел в антракт идти к ОМ и потому сошел ярусом ниже, чтоб не встретиться с ней и перед дверями курильной комнаты встретил Г, крый сообщил мне, что ОМ просит проводить ее из театра. Это мне было очень приятно слышать. прежде моим планом было показать ОМ, что я обиделся, но теперь, прогулявшись немного с Г, я сам пошел к ОМ и, хотя мне было неловко с ней встретиться, кк будто был с ней в ссоре, но я старался держать себя кк можно непринужденнее, и о обещал по окончанию оперы зайдти за ней, чтобы вместе ехать домой. Я тк и сделал (Надо заметить, что в первом действии мне было кк то скучно, а потом во 2м действии, когда я увидался с ОМ, мне стало гораздо веселее, мы вместе сели в сани и поехали. Разговор был пустой, об обыкновенных предметах. Она хотела меня завезти домой и потом самой ехать к себе, но я проводил ее до дому (она вначале не хотела, не знаю уж почему, чтоб я ее провожал). Когда мы подъехали к дому (надо заметить, что во время дороги зашла речь о Г., я сказал, что я переменился к нему в душе, хотя и не переменился в обращении; она заметила, что она так думала, ткк я, человек образованный, и не [нрзб] показывать перемены своего расположения кому бы то ни было. Вместе с тем она сказала, что Г-у нечего от нее ждать, что он от нее ничего не добьется. Не знаю, были ли последние слова сказаны ею искренне или это был только намек на мой счет, чтоб я ничего не думал от нее добиться), она предложила мне напиться у них чаю. Я согласился и мы вместе пошли по лестнице. Тут разговорились о Соне. Я сказал, что перемену обращения Сони с ОМ объясняю ревностью первой к Маше, тк кк Соня очень любила прежде ОМ, а между тем ОМ ОМ отдает предпочтение Маше. ОМ сказала, что вовсе не так, что Соня влюблена в Г. и ревнует его к ОМ. Не знаю чья правда. Кажется, что ни моя, ни ОМ — [нрзб]. Вскоре нам отворили дверь. Одним словом я первый раз в жизни пил чай у ОМ, П.Е., ее муж, был дома. Он в этот вечер думал идти в цирк, но не пошел. За чаем ОМ сидела лишь в конце, а то все хлопотала, попотчевала меня рюмкой какого-то вина. В первом часу ночи я ушел, вполне довольный собой и ОМ-вной. Всю неделю до [нрзб] 22 ч я был спокоен, ездил в Б.Т. 3 раза, да в Марииннский, по милости Вредена, один раз и даже, кажется, стал забывать ОМ, по (но я забыл написать, что когда я 16 ч. уходил с чаю от ОМ, то она сама взяла свечку, проводила меня, хотела даже подать пальто, потом хотела выйдти в сени посветить мне, но, когда я этому воспротивился, то она приотворила дверь, поставила свечку на пол, на плиту в сени и встав за дверью, ждала, пока я не поблагодарил ее, пока я не спустился и не убедился, что выходная дверь на улицу заперта) крайней мере я менее мечтал о ней, не тк хотел ее поцеловать и вообще стал хладнокровнее. Мне кажется, она оттого отказалась от моих услуг 15го числа, и видя мою настойчивость, просила Соню идти с нами, что боялась, чтоб Соня, если мы пойдем только вдвоем (я и ОМ) не вывела из этого сплетен. но все таки меня этот отказ очень обидел, и даже теперь мне досадно вспомнить, и я решился не предлагать более ей услуг, хотя я и с большим удовольствием исполню всякую просьбу с ее стороны. В прошлое вскр 22 числа я долго думал, оставаться ли мне дома вечером или идти в театр, чтобы не видеть ОМ и чтоб снова не полюбить ее. Я пришел к такому заключению, что она любит Г, а ко мне совершенно хладнокровна, да даже если б и полюбила, то что же толку? Я сам не убежден вполне, что истинно ее люблю — быть мж что только одно легкое увлечение, крое скоро пройдет, а вдруг она меня истинно полюбит, что тогда будет; я к ней охладею — а она нет — тогда будет для меня мученье. Наконец если даже я ее люблю, и она отплатит взаимностью, то ведь я почти impotens, но если даже и это я вру — то во всяком случае на любовь надо время, любовь приносит безпокойств и неговоря уж о том, что при этом теряешь все физизической или моральной усиленной работы, но любовь не оставляет времени на другие занятия, а у меня экзамены на носу. Одним словом я решил избегать ОМ и вот на основании этого решения думал, не пойти и мне в Вскр в театр стобы избежать встречи с ОМ. И странно, что в это же самое время вместе с подобным решением в моей голове гнездилась другая мысль. Мне казалось, что если ОМ не увидит меня, то ей будет скучно и, когда я вернусь из театра и застану ее, то это быть мж, обусловит ее любовь ко мне. Мне кажется, что она не совсем не знает моего расположения к ней. В Вскр я пошел в Боде переменить [нрзб] и хотел зайдти в Мар. театр. чтобы взять на Пнд билет в Сомнабулу, но в театр не пошел, тк кк уже было поздно, а вернулся от Боде домой и застал тут Г и ОМ. Я в этот вечер получил какое-то напряженно веселое состояние, я удва удерживался, чтобы не вспрыгнуть или не закричать. У нас был Хилевский. Я посидел немного в гостиной и, видя, что ОМ пошла к нам в комнату, в крой сидели Г и Костя, отправился сама туда же. Здесь я посмеялся немного с ОМ. Она вскоре угла. Я начала говорить с Г. об итальянской опере, восхвалять ее и вообще этот вечер не испытывал относительно его никакой зависти или ненависти или грусти, кк это бывало прежде, когда я видел его вместе с ОМ. Потом Хил. ушел. Лицо у меня этот вечер очень грело, не знаю от ветра, тк я не выходил на улицу (ветер, впрочем, был ккк [нрзб] помню очень незначительный) или от чего другого. Я следил, глупил, говорил, что я всю эту неделю в отличном расположении духа. Несколько раз я заметил, что ОМ глядела на меня, кк будто наблюдая за мной и сказала, что она. наоборот, эту неделю провела скучно и заболела ( Маша была накануне у ней и говорила, что ОМ дейсвтительно была нездорова). Я сказал, что получил у Крановского больную. ОМ стала распршивать о ней. В это время сидевшие в гостиной ушли и я остался наедине с ОМ, края сделала движение, к кбудето хотела подсесть ближе ко мне. Я спросила, что она хочет и она подтвердла мое предположение, тк что я, чтобы и не безпокоить сам подсел к ней. Соня в это время играла на fortepiano[нрзб] на belle Helene и ее слушал Г. Соня вначале этого вечела была у Авг. Павловны и пришла [нрзб] в 10 домой. При особенно приятных мотивах я подпевал и вообще казался веселым. ОМ, напротив, держала себя гораздо [нрзб] обыкновенного, мало смеялась, сама не затевала ничего смешного, а распрашивала меня о водянке, а так, кк будто стараясь удержать меня около себя. Быть мж она приняла мою веселость за искусственную, думала, что я хочу ей показать, что без любви с ее стороны могу быть весел. Она говорила, что видела во сне своего умершего сына и что это ее разстроило, она больна и собирается завтра (в Пнд) съездить к Д-ру. Я утешал ее, говорил, что о [нрзб], а напротимв радоваться, что он умер с т.п. Соня в это время заиграла Les gardes de la reine. ОМ встала и, кажется, жестом пригласила меня танцовать, или мы оба вдруг встали и пошли танцовать, но только не я ее просил. Протанцовав вальс, она стала ходить по зале и говорил с Машей, а я ушел в нашу комнату к Г. Вскоре мне наскучило в нашей комнате, мне захотелось идти к ОМ, что я и исполнил. Вскоре за мной пришел и Г. Я начала дурачиться, острить, хотя и очень тупо, одним словом расшевелить Г-а и ОМ-у. По крайнй мере она мне скзаала: «Теперь мне веселее». Быть мж это был только комплимент. ОМ-у не узнаешь, говорит ли она правду или лжет. Потом начался другой разговор, чем прежде. Я ушел от них в когда вернулся, то уже не был так весел, кк прежде. Тогда я сел в нашей комнате и сделал вид, что считаю деньги; дверь в комнату была отворена и лампа меня достаточно хорошо освещала, чтобы ОМ, ходившая подали, могла видеть меня хорошо. Затем я снова пошел в залу, но уже не мог развлечь никого. Вскоре ОМ с Г ушли от нас. При виде Г опять с ОМ у меня сердце кк то слабо [нрзб] сжалось, но далеко не тк, кк это бывало прежде. Я Г-у сказал, что в Пнд я буду в Ит.опере. В пнд 23 числа я из академии зашел к Каташ. в надежде, что застану у ней ОМ-у, но не застал; однако она пришла, именно звать Каташеньку в Лючию в Птн будущую. Накануне на спрашивала поеду ли я в Лючию, взять ли мне билет и получила утвердительный ответ. Я кк то слегка сконфузился, что учидал ее, кк будто я испугался, что она догадается, что я именнно за этим и пришел к Каташеньке. ОМ ехала к Д-ру. Она пробыла минут 5 и ушла, при прощании, кк водится, пожала мне руку. Затем она надела галоши и заговорила с Кат. Я ей поклонился и. сказав: «Прощайте», протянул руку, н, видя. что она не отвечает тем же, хотел уж уйти. Она однакож заметила мое намерение и дала мне свою руку. Если б этого она не сделала, то я наверное вывел бы из этого, что она хочет мне показать свое равнодушие. Я вообще удивительно самолюбив и подозрителен и готов каждое движение, каждое слово, сказанное, быть мж, без всякого намерения, объяснить в дурную для себя сторону. Быть может на все, что я теперь написал, надо смотреть иначе, но это я рассужу, когда буду разсудительнее. Я до сих пор не понимаю, любил ли я ОМ или нет, или быть мж мне досадно, что она предпочитает мне Г-а и я хочу обратить ее внимание на себя. По крайней мере я очень много теряю времени на мечтания об ней, решительно не знаю, кк себя держать с ней: стараться ли показать ей всю любовб или гапротив отдаляться от нее. Сколько я думал, мне кажется последнее, а вместе с тем, решившись на это, я с каким-то нетерпением жду Вскр, чтоб увидеть ее, мне все таки приятно ей услуживать и главное не знаю, к чему мне хочется добиться от нее взаимности, когда я не уверен, что люблю ее. Когда она бывает, я прихорашиваюсь гораздо более, чем, когда бывает другая женщина, хотя я хочу нравиться всем женщинам и давно уж думаю, кк бы улучшить свою физиономию и манеры и вообще наружность. Мне все хочется сделаться занимательным кавалером. Мне кажется, что ОМ забавляется со мной, смотрит на меня, кк на мальчика, и хотелось бы доказать ей, что я вовсе не мальчик, а кк доказать уж этого решительно не знаю. Мне кажется, что все надо предоставить течению судеб, держать себя кк я решил прежде, [нрзб] приводить в исполнение мой девиз : Вежливость и благородство, кроме того кк можно меньше говорить о себе, быть естесственным, веселым. Это относительно ОМ и вообще женщин. Мне прежде нравилась изящная, утонгченная деликатность, но мне кажется таким ине буть только у незнакомых, а знакомым стесняюсь таким обращением, они не будут откровенн, т.е. я хотел сказать — прости — с таким субъектом. Кроме того устаешь постоянно быть на строже, да и наконец это натянуто, тк что вообще мне кажется вежливая естесственность более всего подходит к моему характеру. Относительно мужчин надо быть естеств. и вежливым, тк что зак. обр. будет относительно главных принципов держать себя одинаково и с мужчинами и с женщинами. Применять же эти принципы, разумеется, надо различно, сообразуясь с характером субъекта: мужчинам я нпр не стану услуживать и говорить комплименты. Вообще ни с кем не надо быть откровенным. Мне кажется, что [нрзб] умея себя никогда не сделаю мужчиной, т.е. человеком, крый привык себя держать известным образом, крый не [нрзб] ежесекундно помнит, что он всегда д-н быть естеств., вежлив и благороден, одним словом я умом выделал из себя человек установившегося, но что таким я могу сделаться только часто обращаясь в обществе, т.к. что [нрзб] я сделаюсь окончательно мужчиной не ранее, кк чрез год. когда буду иметь более свободного времени, чтоб завести знакомства. Но вместе с естественностью не надо быть совершенно простым, а то это женщинам кажется не нравится. Вот что я выработал. постараюсь держаться таким, а если что выйдет неудобным, то запишу, и наконец у меня состоится полный кодекс, крому я буду следовать в обществе.
Тема 6. собака золотой картина скамейка
Случай кражи одежды, бытовые зарисовки, описание походов в галерею и театр.
25 сентября. Воскресенье. Вчера у нас случилось замечательное происшествие. Только что я прихожу из Гимназии как мне объявляют что нас обокрали. Признаться я испугался этого. Оказалось что украдены несколько пар юбок новых и три платка из которых два были совершенно новые голландские. Кража произведена утром часу в 10м со взломом замков. В это время в чердаке смежном с нашим, стирали белье чернорабочая и кухарка Таубе. Спрашивается кто же сделал это как не они? Никого больше не было. Мамашенька сейчас отправились к Таубе. Его не было дома. Мамашенька воротилась и узнав что он пришел домой послали Катерину. Он отвечал что он никогда не замечал своей кухарки в воровстве и даже не потрудился зайти к нас когда мамашенька сами у него были. Что ж мамашеньке оставалось делать? Никто не знает как написать объявление о воровстве на какой гербовой бумаге, где она продается, в какую цену, решительно ничего. Дождались Костю послали его к письмоводителю узнать об форме объявления с благодарностью конечно. Тот же скотина отвечал что ему и своих дел много. Одним словом это был невежа, какой нибудь отставной солдат, болван, который видя, что порядочный человек просит его, стал кобениться. Чистый урод. Досадно станет когда вспомнишь об этом. Наплевать бы ему в рожу а Костя ничего не сказал ему и ушел. Мамашенька отправились на Петербургскую, ну там спасибо Николаю Александровичу. Он написал объявление и сегодня его отнесли к частному приставу. Не знаю, что то дальше будет. Досадно что папашеньки нет дома. А то бы он задал и Таубе и письмоводителю невеже. Удивительно, что все подобные дела случаются в отсутствие папашеньки. Ничего не выучась ко Вторнику я начал читать Пушкина, а потом лег спать. Так прошел целый день. Сегодня мы пошли к обедне и позавтракав отправились в Академию. Сегодня, вообще в Воскресенье, Вторник и Пятницы пускают безплатно а в прочие дни по гривеннику за вход. Не велика плата, но для нашего брата и это что нибудь да значит. В Академии много прекрасных картин. Как только войдешь в первую залу сейчас бросается в глаза огромная картина по всю противуположную стену. Это кратина Брюллова. Она представляет осаду Пскова и рисована по программе Николая I в 1836 году. В целом мне кажется, она прекрасна правда, но не представляет ничего особенного, а если и разглядывать каждую группу в отдельности так превосходно исполнена. Тут изображено множество разных лиц и груп но лучше других мне показались только немногие. 1) На лево в нижнем углу картины изображен крестьянин умирающий вероятно от раны. Весь бледный он все еще мутными глазами смотрит на сражающихся. Его голову поддерживает девица дочь бледная как и ее умирающий отец. Это хорошо вместе. Вотом 2) в том же краю, но только впереди умирающего бежит крестьянский мальчик лет 15 с копьем в руке. Все лице его дышит отвагой. Глаза кажется хотят пронзить осаждающих. За ним спешит старуха мать и устремив глаза к небу призывает Христа Спасителя ему с помощники, благословляет его жесткою, изсохшею рукою. Это показалось мне лучше всего. У старухи, может был единственный сын но она и того не пожалела, и тем жертвует для того только, чтобы усилить Псковитян уже ислабевших от натиска неприятеля. Далее 3) старец священник сопровождаемый всем клиром с иконами, крестами и хоругвями идет на подкрепление верующих. В руках его находится меч, который он поднял вверх. Вот что мне в особенности понравилось в этой картине. Жаль, что она не окончена совсем и не покрыта лаком, который бы придал более свежести колерам красок. Подле этой картины недавно еще выставлена другая небольшого формата. Она изображает лицо Римлянки высунувшейся в окошко, одетое растениями. Чудо как живо нарисована. Издали точно живая. Я было право принял за живую если б не была в раме. Чудо как хорошо нарисовано. Я еще не думал чтобы можно было так рисо[вать]. Я бы этому художнику отдал все золотые и серебряные медали. Насилу можно было к ней продраться, столько народу стояло перед ней. Но издали она кажется гораздо лучше и живее чем вблизи. Она прислана из Рима и срисована в 1859. На левом углу написано Lalla. Что уж это значит не могу объяснить. Может быть имя изображенной женщины. Жалко что я забыл фамилия художника. Какая-то немецкая вроде Rigtie, Roiste не помню хорошенько. А главная картина. Далее хороша также картина: умирающий в тюрьме Михаил Глинский Миллера. Первый опыт собственной композиции художника. Изображена небольшая тесная комната. На лево деревянная скамейка покрытая соломой, на которой сидел несчастный Глинский. Предсмертные муки, вероятно, терзали бедного старика потому, что он схватившись рукой за грудь держа в другой руке руку дочери, стоявшей подле него, умолял милосердного Творца о сохранении его дочери. Молодая девица с безпокойством смотрела на своего отца, считая минуты его жизни. Подле скамейки стоял кувшин. Еще хорошо исполнена картина Риццони. Жиды контрабандисты, за которую он получил вторую золотую медль. Представлена комната. Прямо и направо корридоры темные и узкие, на лево стол, на котором разложены золотые вещи. Два жида сидят за ним. Один из них приподняв золотую цепочку любуется на нее прищуря глаза. Посреди комнаты открыт люк из которого высунулась голова жида, складывающего туда товар в тюках в то время, когда другой подает их ему. В это время высунулась голова из левого корридора и кажется объявляет, что за ними наблюдают. Все жиды со страхом слушают известие, обратя глаза к жиду, высунувшемуся из корридора. Еще хороша картина Перова сын дьячка произведенный в коллежские регистраторы примеряет вицмундир. Нынешний год этот живописец получил вторую золотую медаль. Однако всех картин не пересчитаешь. Мало ли было хороших? Довольно и этих. Мне кажется что нынешний год выставка была лучше прошлогодней.
27 сентября. Вторник. Мои предчувствия все врали. Сегодняшний день у меня прошел как нельзя лучше. Если б все дни так проходили так у меня б отметки вышли отличные. Как только я пришел в Гимназию сейчас принялся за Греческое потому, что не знал ни старого, ни нового.Кое-как удалось выучиться с грехом пополам. Только я сел на скамейку входит Кедров. Одним словом, он меня вызвал и я ему ответил довольно хорошо. Странно, когда я ему приготовлюсь сейчас собьюсь, а если не приготовлюсь, отвечу хорошо. Вторые часы был Лапшин, который весь класс рассказывал про Овидия. Потом Миквиц. Вот тут то уже я боялся порядком, однако счастливо прошло, т.е. меня не вызвал. Четвертые часы Красов. [нрзб] вон вызвал только я и Широв да кто не был. До звонка оставалось четверть часа, когда Красов вызвал Филиппова писать хронологию, но каким-то образом спасся я. В четверг он уже меня непременно вызовет. В последние часы был Батюшка. Он вызвал Игнатьева: «Отчего же бы не Чемезова?» спросил я, обращаясь к Филиппову. Только, что я сказал сейчас меня вызвал Батюшка. Ему я ответил отлично и получил, я думаю, пять. Сегодня утром приходила Таубина кухарка-воровка спрашивать ключ от замка в чулану и потом не заперши чулана, не потрудилась даже принести замка назад, а оставил его там, так что дворник должен был ходить и запирать за ней чулан. Замок от нашего чулана, который исчез во время кражи найден дворником на чердаке медника около порога дверей. Нельзя впрочем подозревать кухарку медника потому что между порогом и дверью есть щель, в которую очень легко всунуть небольшой замок да еще и без ключа. А как отперла кухарка Таубина замки от нашего чердака очень легко объяснить: еще прежде кражи она отдавала дворнику замок свой починивать и ключ от нашего замка подходил к замку кухарки, так что оба замка были равны и могли быть отперты одним и тем же ключом т.е. тем ключом нашим или ключом кухаркиным. Папашенька сегодня не приехали. Должно быть завтра приедут. У нас все благополучно. Никого сегодня не было. Котенок все ворует. Ничего нельзя оставить. Сейчас вынюхает все и если можно так и украдет. Черкесы сегодня скакали перед окном. Они славно ездят на лошадях и безпристанно вертятся. Какой-то кусок бумаги лежал на земле. Они начали его подымать. Народу по обыкновению собралась целая толпа. Сначала они не могли поднять бумажки. Потом одному удалось. Он совсем перегнулся уронил в грязь шапку, выпачкал рукав, а все-таки поднял. Поскакали немного, да и уехали. Сейчас только кончили чесать собак. Право приятное занятие. Что-то Леонтьевы из Царского села долго не едут. Да и лучше. А то у меня мундира нет. Они приедут, ходить надо будет, а в чем буду ходить? Не в летнем же платье ходить то. Право лучше что не едут. Теперь хоть спокойно, а потом начнутся хождения каждое Воскресенье. Какая бы погода не была тащись как будто на должность. А небо какое славное! Сейчас только ходил его смотреть в зало. Все оно темное, только звезды светятся в вышине как множество кошачьих глаз. На улице темно хоть глаз выколи. Ничего не видно кроме огромных, черных [нрзб] окон кое-где освещенных свечками. Все тихо. Изредка услышишь как проедет извощик, да пройдет кто-нибудь, стуча каблуками по серой мостовой или напевая какой-нибудь романс так, ради развлечения. Соня и Костя ушли спать, а я все пишу и не напишусь. Завтра я Бушу кое-как знаю. Как-то пройдет. Не одному Бушу, а еще Стоюнину и Лебединскому на да этих-то я не боюсь много.
2 октября. Воскресенье. Сегодня день был самый безтолковый. Ничем не занимался, ничего не сделал хорошего, разве только ходил к обедне. Погода была самая приятная. Воздух свеж, тепло и сух. Небо чисто, но только не синее как бывает летом, а голубое. Одним только нехорошо, тем что грязно. И в этакий то день я должен был идти к Леонтьевым для того, чтобы там сидеть и ничего не делать. Мы пошли с Костей, которому надо было покупать [нрзб]. Всякий затем воспользоваться хорошей погодой, потому на Невском проспекте народу было много. Мы свернули на Фонтанку и встретили пьяного солдата артиллериста, который что-то разсказывал мужику. Фуражка у него съехала на затылок, шинель распахнулась, штаны в сапоги. Одним словом, он хотел показаться удалым таким. Только солдат дошел до кабака, как тотчас сбросил шинель и фуражку на мостовую и припрыгивая, в одной рубашке и штанах побежал к кабаку, сделал какую-то гримасу и скрылся. У Цепного моста я разстался с Костей. Он пошел в Толкучий, я к Леонтьевым. Вскоре я заворотил в Садовую. На часах были 1 ¾. В сенях, в доме где живут Леонтьевы я соскоблил с сапогов грязь, и пошел на верх. Там еще чистился да вытирал сапоги, наконец решился позвонить. Минай отворил дверь. Я вошел и вдруг уви[дел] Владимира Николаевича, который объявил мне, что его супруга с детьми отправилась к игуменье и будут дома не раньше 4 часов. Чтож мне было дожидаться, я ушел и отправился отыскивать Костю. Вошел в Апраксин двор и затем уже идти на Толкучий, как вдруг меня кто-то окликает. Это был Костя. У нас была няня. Теперь Петр Николаевич. Папашенька у Марьи Павловны.
25 октября. Вторник. В Субботу был праздник потому я не ходил в Гимназию. Проходя от обедни мимо костела я увидел черные траурные дроги. Увидя даму которая вошла в костел, я последовал за ней. Пастор читал проповедь, безпрестанно вскрикивал но я ничего не понял. Таким образом прошло полчаса. Мне уже это наскучило. Но пастор вскоре скрылся. Настала глубокая тишина. Вдруг в дали послышались звуки которые становились все сильнее и наконец покатились рекой переливаясь из густого боя в слабый дискант и наоборот. К ним присоединились также голоса мальчиков. Это мне понравилось. Панихида кончилась. Все встали. Я тоже. Мимо меня пронесли черный гроб. На нем лежали венки из цветов, фуражка форменная с песком (?), сабля и ножны лежали накрест. Я вышел из костела и отправился своей дорогой. Дома была Н.П. которую я проводил к Л. И остался у них до вечера. В воскресенье Н.П. опять увезла меня к Л. Вчера я получил 0 от Миквица и был оставлен до 4 часов. В 5 ½ часов была лекция из физики и продолжалась до 7 часов. Сегодня сошло счастливо.